«Йога-Сутры» Патанджали с комментариями В.Опенйога. Глава I (30-51 аф.)

photo vadim
Автор: Вадим Опенйога

Адрес: Международный Открытый  Йога

Университет (openyogaclass.com)


Краткое описание :

«Йога–Сутры» Патанджалии «Вьяса–Бхашья» Комментарии Вадима Опенйога к тексту «Йога–Сутры» Патанджали.

Глава I. О сосредоточении. (аф. 30–51).

Аудио, видео и текст лекции принадлежат: Открытому Йога Университету в городе Москве(Школа йоги традиции Анандасвами). Вы имеете полное право копировать, тиражировать и распространять материалы этого сайта, желательно делайте ссылку на наш сайт www.openyoga.ru

Нажмите здесь чтобы скачать аудио:

Скачать аф. с 28 по 35. MP3 Web 32кб/с, 20,1 Мб
Скачать аф. с 36 по 44. MP3 Web 32кб/с, 19,9 Мб
Скачать аф. с 45 по 51. MP3 Web 32кб/с, 20,2 Мб

Нажмите кнопку play (►), чтобы слушать или смотреть лекцию на этой странице, (׀׀) — пауза.

Аудио:

аф. с 28 по 35.

аф. с 36 по 44.

аф. с 45 по 51.

Основной текст лекции.

Глава I (афоризмы с 30 по 51) О сосредоточении.

Вадим Опенйога: Итак, почему, собственно, бывает такое явление, как рассосредоточенное сознание. Ученик читает:

30. Болезнь, апатия, сомнение, невнимательность, лень, невоздержание, ложное восприятие, неспособность достижения [какой-либо] ступени [сосредоточения], отсутствие стабильности [при сосредоточении] — эти отвлечения сознания суть препятствия.

Комментарий Вьясы: [Насчитывается] девять препятствий, вызывающих рассеяние сознания. Они возникают одновременно с деятельностью сознания. При отсутствии этой [деятельности] они также отсутствуют. О [видах] деятельности сознания было сказано выше. Болезнь — нарушение равновесия гуморов 1 [телесных] секреций или внутренних органов.Апатия — неспособность сознания к функционированию.Сомнение — [вид] познавательной деятельности, затрагивающий обе стороны [проблемы]: «быть может, это так», «быть может, это не так».Невнимательность — то, что вызывает отсутствие интереса к средствам реализации сосредоточения.Лень — бездеятельность по причине тяжести тела или сознания 2.Невоздержание — жажда соединения с чувственным объектом.Ложное восприятие — ошибочное знание 3.Неспособность достижения [какой-либо] ступени — недостижение [соответствующей] ступени сосредоточения.Отсутствие стабильности — неспособность сознания зафиксировать себя на достигнутой ступени 4, ибо только при обретении со­средоточения оно может быть устойчивым.Таким образом, эти отвлечения сознания и называются девятью загрязнениями йоги, врагами йоги, препятствием йоги.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Давай обсудим этот афоризм: в нем Патанджали рассматривает препятствия — большие, колоссальные препятствия — на пути йоги (напомню, что здесь имеется в виду йога сознания), то есть на пути работы с сознанием.

Он перечисляет 9 препятствий и по очереди перебирает их.

Достаточно любопытная классификация. Мы сейчас по ней пройдемся.

Чтобы ее понять, лучше всего обратиться к своему собственному опыту, в котором мы находились или находимся.

Итак, первое, что там названо…

Ученик: Болезнь.

Вадим Опенйога: Как ни странно, но в зависимости от того, в хорошем или плохом состоянии наше физическое тело, настолько хорошо или плохо, грубо говоря, работают наши мозги.

Мы рассматриваем здесь разум, в котором отражаются и преломляются лучи сознания. Но ведь разум, этот водоем разума, не висит в пустоте, но опирается на наше тело — то есть, образно говоря, на что-то, в чем этот водоем находится.

И если у этой опоры какие-то проблемы, если у нас есть какие-то недомогания, которые нарушают деятельность вообще всего нашего организма, то это косвенным или прямым образом действует на разум – непосредственно на гладь поверхности этого водоема.

Причем, это достаточно серьезная проблема, даже для людей, которые в медитации достигли состояния вИдения своего собственного «Я». А ведь это уровень реализации. Это как правило джнана-йоги — очень сильные личности. Они буквально закалили свое тело в огне дисциплин, очень суровых дисциплин; они проводили каждый день по несколько часов в медитации и в конце концов подчинили свои чувства и отточили свой разум до такого уровня, что пережили состояние безмыслия – то есть самадхи.

Кстати, внешне это состояние выглядит у человека так, как если бы он умер или впал в кому: едва-едва прослеживается дыхание, едва-едва прослеживается пульс.

И потом человек выходит из этого состояния и начинает вести жизнь освобожденного уже при жизни: он идет, куда хочет, он делает все, что хочет, он независим. Фактически он ждет того лишь только момента, чтобы карма отработала с его телом все, что должно быть отработано, и в момент смерти просто окончательно сбросить тело и больше не рождаться.

Ученик: Почему бы не сбросить тело сразу после просветления?

Вадим Опенйога: По разным причинам…

Люди, конечно же, после такого состояния понимают все хитросплетения причины и следствия, закона кармы, и они находят более необходимым тот или иной образ жизни.

Так вот, даже такие люди могут заболеть.

Известны случаи, они описаны, я во всяком случае с ними сталкивался, с такими моментами, что вот все хорошо, человек полностью себя контролирует, а потом начинает болеть и вдруг с ужасом понимает, что ему все труднее и труднее опять войти в это состояние. То есть, раз его достигнув, в принципе уже тропинка протоптана, и в любой момент жизни человек может сесть и фактически повторить это состояние. И тут он начинает замечать, что болезнь подкашивает его способность возобновлять это состояние. Что какая-то болезнь, какой-то кусок мяса, недостойный внимания, может на человека просветленного оказывать такое гигантское действие, что он даже не может войти опять в состояние самадхи. Аналогия здесь такая. Представь, что состояние самадхи – это страна высоко в горах. А в гору ведет тропинка, и по этой тропинке можно, в общем-то, подняться в любой момент методом медитации. Но если в горах пошли дожди, и тропинку размыло, то сделать это очень трудно: все скользит под ногами. Ты идешь вверх – и соскальзываешь вниз. И ты понимаешь, насколько же все-таки зависим от тела, от этой майи, от этой энергии. Это если говорить про людей, достигших таких уровней.

Что уж говорить про людей, которые никогда не испытывали этого, которые никогда не поднимались до какого-то более-менее серьезного уровня?!

Малейшая болезнь буквально затмевает им мозги. И ни о каком сосредоточении уже и речи нет, когда больно, когда плохо, когда тошнотворно, когда еще какие-то моменты. То есть это обратная сторона нашего тела.

Ученик: Но те просветленные, они же могут разотождествлять себя, свое «Я» с телом? Есть же такой уровень реализации?

Вадим Опенйога: Безусловно, есть много разных уровней.

Но ты должен понимать очень четко, что наше тело – это по большому счету обратная сторона нашей энергии, и если эта энергия той или иной болезнью вовлечена в рассредоточение, то надо приложить известные усилия, чтобы опять сосредоточиться и выйти в самадхи.

Да, ты можешь разотождествиться, но для этого тебе надо сосредоточиться. А ты даже сосредоточиться не можешь, потому что болезнь тебе не позволяет. Она крайне затрудняет это сделать.

Конечно, ты можешь это сделать, но, понимаешь, что потом опять болезнь тебя вниз сбросит.

Ты, конечно же, можешь войти в самадхи и вообще сбросить с себя тело – фактически умереть, но возникает вопрос: всегда ли есть смысл умирать или предпочтительнее дать карме осуществиться?

Это очень сложные вопросы.

Мы сейчас будем рассматривать их не в такой глобальной постановке, а именно в локальной.

Итак, болезнь заставляет сознание рассосредоточиться.

Следующее что?

Ученик: Апатия.

Вадим Опенйога: Апатия.

Иногда, конечно, можно ее отнести к форме болезни — это, если угодно, ментальная болезнь. Нежелание, нехотение – это здесь сложный момент.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что ведь фактически мы что хотим, то и получаем.

Если на очень тонком уровне мы хотим быть в апатии, мы в ней находимся.

Если мы хотим из нее выйти, мы в нее вообще никогда не попадаем.

Но иногда так складывается ситуация, что у нас там, наверху, есть как бы переключатель: туда-сюда, апатия либо есть, либо ее нет. Происходят какие-то внешние обстоятельства, щелк-щелк – и у тебя тумблер в сторону апатии переключается, и ты в этой апатии находишься. Это значит, ты где-то сам не хочешь сосредотачиваться. Значит, где-то в какой-то момент ты не волеизъявляешь сосредоточиться.

Понятно, что все дальнейшее не работает, и ты опять в рассосредоточенном состоянии. То есть твое сознание расфокусировано, оно блуждает, оно расплылось. У тебя апатия.

Понятно, что это серьезное препятствие — человек как бы расплывается.

Ученик: Это состояние энергии? Разума? Состояние тамаса?

Вадим Опенйога: Да. Безусловно, здесь присутствует тамас. Безусловно. Но вопрос в другом.

Хорошо, когда у тебя что-то явно выражено. Например, у тебя есть болезнь, но нет апатии, налицо страстное желание опять восстановиться, и ты преодолеваешь болезнь. Усилием. Ты лечишься, применяешь какие-то средства.

Или хорошо, когда у тебя есть апатия, но нет болезни. Ты тоже как-то из нее можешь выйти.

Но если у тебя, допустим, два этих препятствия одновременно? Человек больной и в апатии, ему не хочется ничего делать. Это уже сложнее. Понимаешь? Здесь еще бывают такие вот хитрые навороты.

И все это ведет к рассосредоточению сознания.

Что следующее?

Ученик: Следующее – сомнение.

Вадим Опенйога: Сомнение – вот тоже такое препятствие, которое не позволяет нам быть в состоянии сосредоточения.

Ученик: Что такое сомнение?

Вадим Опенйога: Это когда у нас есть энергия и, грубо говоря, два канала, по которым ее направить, и мы колеблемся: то туда направим, то сюда, то мы с этой стороны как-то заглянем, то с той стороны, то с этой, то с той. И на эти метания тратится колоссальное количество энергии.

Сомнение – это самый страшный враг человечества. Страшнейший враг человечества! Ни на что, на самом деле, не тратится так много энергии, как на сомнение.

Ученик: На колебания?

Вадим Опенйога: Колебания, да!

Как у Цоя: «В наших глазах – крики «Вперед!», в наших глазах – окрики «стой»!»

Мы начинаем заниматься йогой, и иногда не знаем, чему верить, чему нет, а может это так или не так, а может быть это что-то не то – и мы постоянно мечемся.

Понятно, что нет единого какого-то устремления. То есть, в этом смысле, как это ни смешно и не парадоксально, лучше делать ошибку, но не испытывать сомнений, чем быть человеком, вечно находящимся в сомнениях.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что если ты совершаешь ошибку, у тебя есть шанс это быстро понять и пойти по другому пути, исправить ее. А в сомнениях можно прожить несколько жизней подряд. Я встречал, к сожалению, таких. Это такая болезнь, болезнь несмелости. Когда человек, вовлеченный даже в йогу, все колеблется, все высчитывает, все просчитывает: а не обманывают ли его.

Я очень часто встречался с такими людьми. Большое количество так называемых маргиналов — именно такие люди. Они то одну систему рассматривают, то другую. То в христианство их занесет, то в ислам. И они везде ищут подвох (я крайний случай рассматриваю).

Понятно, что на таком малом уровне сомнения совершенно недопустимы: они рассредотачивают наше внимание. Вот мы уже занесли ногу, надо просто спокойно сделать шаг вперед, а эта нога колеблется: то ли вперед, то ли назад. В результате она делает что-то посередине и как раз, оказывается, делает шаг в пропасть. Это самая типичная ситуация – полумеры, методы полумер, когда человек берет – и усредняет, а в результате садится между двух стульев.

Это самая типичная ситуация, с которой можно столкнуться. Это сомнения в сильном виде.

В слабом виде сомнение рассредотачивает разум: когда ты что-то делаешь, а у тебя внутри как будто шпион, который не выкладывается на всю катушку, а каждую минуту может, так сказать, «открыть дверь врагу». Опять же, в этом смысле лучше иногда делать что-то, не сомневаясь, до конца, даже если ты делаешь ошибку, чем находиться в вечных сомнениях.

Однако каждый конкретный случай надо рассматривать отдельно. Потому что бывают разные моменты, бывают такие, когда должны быть сомнения. Но в отношении духовных вещей это то препятствие, которое не позволяет иногда достигнуть сосредоточения. Самое страшное препятствие.

Вместо того, чтобы сесть и без сомнений, не анализируя, делать что-то, мы начинаем опять, и опять, и опять это все вертеть: и так, и так. И вот перед нами последний рывок до достижения просветления, а сомнения не дают нам это сделать.

Ученик: А почему это происходит? Человек опирается на свой предыдущий опыт? Он хочет чего-то другого, нового, ему говорят: будешь делать йогу – достигнешь таких-то результатов, а он сомневается? Для него это какой-то новый опыт, о котором он еще не знает. Не знает, что такое возможно.

Вадим Опенйога: Дурная карма.

Ученик: Он не доверяет новому?

Вадим Опенйога: Дурная карма.

Вероятно, он сам когда-то врал другим, а теперь переносит ту ситуацию на себя: он вполне может допустить, что теперь ему врут точно так же, как он врал другим. Понимаешь? И вот эти вот сомнения начинаются, недоверие. То есть отрицательный предыдущий опыт привел к возникновению такой психологии поведения. Однако этот отрицательный предыдущий опыт был выработан в результате его же собственной плохой кармы. Понятно?

В известном смысле сомнения, как ни что, говорят о плохой карме. Причем, о достаточно тонкой плохой карме, утонченной.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что если б этого не было, то ты либо сразу распознал бы систему как ложную и вообще не стал бы на нее смотреть, либо уж, если ты ее принял, то принял бы до конца.

Это очень серьезная болезнь, от которой по-разному люди избавляются.

В книгах йоговских пишут много чего, но не все люди тут же кидаются выполнять.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что у них есть сомнения, они до конца не доверяют. И сомнение ведет к рассредоточению.

Ученик: Возникает двойственность?

Вадим Опенйога: Конечно!

Дальше идем.

Ученик: Следующее препятствие – невнимательность.

Вадим Опенйога: Невнимательность – это такое разгильдяйство, в которое многие и многие из занимающихся, из начинающих заниматься йогой впадают.

На это тратится очень много времени и не получается результат.

Если сказано: надо делать так-то и так-то, то нам надо быть предельно внимательными к нюансам.

А чаще покажется нам, что мы в принципе поняли систему и: «Что с этим разбираться? Все понятно! Делай – и делай!». А там есть нюансы, маленькие нюансы. Если их упустить, то в принципе тогда идет достижение результата измором, количеством попыток. Один раз попытка была, что-то невнимательно сделал, не получил результат; второй раз – опять невнимательный был, не получил результат. Третий, четвертый, пятый, шестой… А потом уже в сотый раз у тебя ничего не получается, и ты начинаешь действительно досконально читать эти книги, эти руководства. Или ты начинаешь прислушиваться к тому, что тебе говорили, если тебя кто-то учил.

Тебе говорили: делай так-то и так-то, а ты как-то посчитал, что нет, надо по-другому сделать, решил, что вот будет вот так. И вот в этот самый миг была маленькая лазейка для просветления, а ты ее упустил. Почему? Потому что невнимательно отмел.

Большая это проблема … Что там греха таить, вы все ей страдаете поголовно. Почему я об этом так заявляю? Потому что сам очень долго болел этой же болезнью. Но это на таком, опять же, капитальном, глобальном уровне.

Ученик: Внимательность – это тоже сосредоточение, это неотвлечение на что-то?

Вадим Опенйога: Да, когда мы позволяем себе… Знаешь, у нас вечно нет времени, чтобы разобраться, чтобы спокойно подумать, осмыслить и сделать логические шаги. Ведь это же Йога сознания. Здесь не проходят вот такие моменты энергии, попытка взять нахрапом, когда, если не знаешь, как открутить болт специальным ключом, ты берешь кувалду – и начинаешь его просто сбивать. Выламываешь вместе с куском стены, но в принципе добиваешься того, чего ты хотел. Это в принципе приемлемо, если ты действуешь методом энергии.

Но если ты идешь методом сознания, кувалда в посудной лавке или микроэлектронном приборе неприменима.

А мы невнимательны, мы нахрапом идем. Мы еще до конца не разобрались, мы логическую цепочку, очень четкую — вытекание одного из другого — не построили, мы как-то в полусонном состоянии махнули на это рукой и сказали: «А чё там над этим размышлять? Возьму энергией!»

И иногда вырабатывается привычка брать энергией. А что такое брать энергией? Это поступать неэффективно. То есть часть этой же самой энергии распыляется не по назначению. Ее не хватает для сосредоточения, и сознание рассосредоточено.

Типичный пример. Человек начинает что-то делать за компьютером: раз не получилось – и все по новой, с нуля, начинает. Нет, не начинай с нуля! Остановись там, где не получается, разберись досконально, что ты делал до этого, выстрой цепочку! И может быть, тебе не надо будет начинать с нуля! Это неуважение к результату. Своему собственному.

Невнимание – это болезнь, которая проходит со временем. Но она не позволяет сосредоточиться. Мысли прыгают. Знаешь, мы считаем: 1, 2, 3, 4, 48, 49, 50. Да? А где вот эта вот оставшаяся часть?

Так же и мысль: ой, я сейчас сосредотачиваюсь, я думаю о том-то, о том-то, о том-то, отвлекся – и понеслось твое внимание… Сосредоточился, а потом тебя волна энергии захватила – и понесло. Ты начал сосредотачиваться на глиняной кружке, а в результате ловишь себя на том, что размышляешь о каком-нибудь гамбургере. Понесло, понесло, понесло, понесло!

Дальше идем!

Ученик – Лень.

Вадим Опенйога: Лень. Это вообще «замечательно».

Лень – это такой, я бы даже назвал, яд, которому вообще всё и все подвержены.

Лень есть одно из проявлений тамаса, причем наиболее сильное: когда всё неповоротливо, когда чтобы что-то сделать, надо преодолеть какой-то дискомфорт и как бы нет силы, чтобы его преодолеть, и мы самоуспокаиваемся и опять скатываемся вниз.

Вот перед нами холм, даже холмик небольшой, а мы в самом низу. И у нас нет сил, чтобы вскарабкаться, преодолеть это препятствие. И тамас нам говорит: «А зачем? А ну его!» Это состояние иногда закрепляется, и человек сам себе не отдает отчета, что он, в общем-то, живет, как животное. Что он начинает действовать только лишь тогда, когда есть прямая угроза ему или чему-то в его жизни.

Лень очень свирепо наказывается. Эволюционно, если ты долго ничего не делаешь, потом приходит такой кнут, по сравнению с которым преодолеть чувство лености, заставить себя встать, что-то сделать – это просто сказка и наслаждение. На этом построена эволюция.

Состояние ленивого пребывания, когда и тело тяжелое, и разум тяжелый, не надо путать с усталостью.

Есть такое состояние приятной усталости, когда ты классно сделал какую-либо работу и погрузился на свой диванчик, смотришь телевизор или отдыхаешь по-другому. У тебя при этом присутствует ясность — саттва. В принципе ты находишься как будто бы в состоянии лентяя, но оно отличается принципиально. Поскольку перед саттвой было состояние активности – раджаса, и это заслуженный отдых, заслуженное предоставление своему организму возможности восстановить силы.

Но совсем другое дело, когда не было предыдущего состояния раджаса, а ты точно так же развалился – в этом случае у тебя состояние тяжести, тамаса. И кажется: «Ой, как тяжело, я так устал, хочется еще полежать». Это состояние затягивает, как болото: чем больше лежишь, тем сильнее устаешь; ты не отдохнул, пытаешься еще отдохнуть, а вместо этого еще больше изматываешься. Это наша привычка.

А начинаешь активно что-то делать бодренько, и потом понимаешь: «Боже ты мой! Я лежал в этом тошнотворном состоянии, мне было так плохо. И я хотел продолжать лежать! А когда начал активно что-то делать, я сразу стал бодрым, веселым, счастливым, тонус поднялся, и внутреннее наслаждение выросло».

Привычка лени – достаточно укоренившаяся. Вместо того, чтобы тратить время на раджас, мы его тратим на тамас. У нас есть свободные полчаса времени, и вместо того, чтобы посвятить их активному самосовершенствованию, изучить английский язык, позаниматься йогой, какую-нибудь умную книжку прочитать, поставить себя на следующий уровень, выше, мы склонны это все задвигать: нам лениво, неохота.

Понятно, что это ведет к рассосредоточению, то есть это не способствует сокращению мыслей в разуме и достижению состояния сперва сосредоточения, а затем –самадхи, сосредоточения сверхсознательного.

Дальше идем

Ученик: Следующее – невоздержание.

Вадим Опенйога: Это тоже важный момент. Невоздержание имеется в виду не только половое (обычно, когда говорят слово «воздержание», подразумевается сексуальное воздержание, но здесь оно употребляется в более широком смысле).

Вот есть некий объект, который мы по тем или иным причинам начали страстно желать. Это может быть все, что угодно: женщина или мужчина, еда, машина, какое-то действие. Вот такое страстное желание чего-то.

Это желание начинает над нами главенствовать и работать, и если мы это желание получаем, то мы удовлетворены. Если нет – наше сознание мечется, оно не находит покоя, оно рассосредотачивается. Мы становимся заложниками чего-то внешнего. А раз мы становимся заложниками чего-то внешнего, то, соответственно, наше сознание направляется вовне. И количество волн в разуме лишь увеличивается. Оно не уменьшается. Вместо того, чтобы сосредоточить внимание вовнутрь, мы наоборот цепляемся за все внешнее, мы не способны пяти минут спокойно посидеть и устаканить свой разум. Нас вовне несет.

Сексуальное воздержание – одно из самых сильных по степени воздействия на человека: если человек ему подвержен, то большая часть его естества, даже на химическом уровне (потому что гормоны вырабатываются), начинает действовать по следующему механизму.

Вот человек сидел и медитировал, был в нормальном состоянии, сосредотачивал свой разум. Вдруг открыл глаза и увидел, что, оказывается, все это время перед ним девушка прекрасная сидела. Она сидела там, пока он медитировал, но он ее не видел, он закрывал глаза. Он открыл глаза, он ее увидел, он ее захотел. Как следствие, что это значит? Он захотел обладать ею. Он как бы перенес внимание изнутри наружу, перенес свое внимание и свое сознание на нее. А дальше начинают работать уже механизмы гормональные. У него возникают мысли и образы, которые начинают действовать на другие центры мозга. Они в свою очередь воздействуют на какие-то железы, эти железы выбрасывают в кровь вполне материальные и объективные гормоны — химические вещества, под действием которых мы испытываем то или иное состояние. И вот весь процесс начинает разворачиваться. То есть он-то уже давно закрыл глаза, чтобы опять сосредоточиться — а не может, потому что по крови начинают циркулировать гормоны, которые всячески не дают ему сидеть спокойно.

Здесь описан многоступенчатый механизм возникновения этого страстного желания. Оно очень легко возникает, но, раз проснувшись, попробуй потом с этими гормонами что-нибудь сделать. Это надо втройне большее усилие воли, чтобы не поддаться. Это уже не ментальное желание – это уже химическое желание. Когда хоть режь, но ты хочешь эту женщину! И преодолеть это уже на порядок, да какое на порядок, на три порядка сложней.

Поэтому ты уже, понятно, ни о чем думать не можешь. Ты начинаешь думать только о реализации этого желания. Ни о какой концентрации, ни о каком заглядывании в себя, вовнутрь, ты уже и не мыслишь. Потому что тебе начинает казаться, что твое наслаждение находится вовне. Ты забываешь к тому моменту, что всё наслаждение – это суть внутреннее наслаждение. Ты думаешь, что вот оно – вовне: если ты до этой девушки сейчас не дотронешься, ты умрешь.

Такие страстные желания не обязательно сексуальные. Они сильны, но ведь есть и другие. Допустим, желание карьерного роста на работе или желание заработать много денег, или желание еще чего-то – то есть страстное желание чего-то вовне. Оно автоматически не позволяет сосредотачиваться, оно наоборот нас как бы распыляет. Концентрацию оно распыляет вовне.

У нас есть какой-то объект, преходящий, и, соответственно, много факторов, чтобы этот преходящий объект был в том состоянии, которое бы мы хотели. И надо постоянно эти все факторы удерживать. Вместо того, чтобы сокращать количество мыслей в голове, оно (количество) только растет. Есть такая фраза: маленькое количество денег – маленькое количество проблем, а большое количество денег – большое количество проблем. Потому что их надо удерживать.

Вот точно так же и здесь. Попытка удержать этот страстно желаемый объект или как-то с ним взаимодействовать ведет к тому, что мы постоянно должны думать о миллионах, миллионах, миллионах отдельных вещей вовне. Всё: мы порабощены!

Это в сильно утрированном случае. Но ведь это еще бывает на слабо проявленном уровне. В бытовой жизни. Например, мы страстно желаем что-то съесть и уже не можем это преодолеть.

Ученик: Как с этим бороться?

Вадим Опенйога: У Патанджали в дальнейшем будет описание методов, но самый простой способ, пока мы не искушены – это прекратить все на первоначальном этапе. Это так называемый принцип вайрагьи, отрешенности. Не когда ты уже пялишься на эту прекрасную девушку и над собой контроль потерял, а еще до того, когда ты знаешь, что придешь с ней в соприкосновение и будешь это испытывать. Ты уже знаешь этот механизм. Ты пока его на себе в полную силу не испытываешь, но ты знаешь, что если ты попадешь с ней в одну постель, тебе будет очень трудно удержаться. Понимаешь? И ты не допускаешь этого состояния до тех пор, пока ты не сможешь разумно как-то контролировать. Ты говоришь: «Нет. Нет. Нет».

Это принцип отказа от наслаждения всем внешним. Как монахи живут – они ничего не видят, ничего не слышат, сидят в своей келье. В маленькой комнатке, где ничего нет. Соответственно, нет и соблазна, искушения страстно чего-то пожелать.

Но опять же этот метод работает, если мы практикуем его ограниченное время и только если мы пользуемся этим временем, чтобы совершенствовать себя. Потому что это бессмысленно – просто сидеть в такой консервации. Потом ты увидишь объект своего желания, и в 3 тысячи раз сильнее это желание у тебя в душе загорится. А если пользоваться этим периодом для самосовершенствования, то можно взять это все под контроль, и даже уже соприкасаясь с объектом вожделения, уже его не испытывать желание в таком отупляющем, рассосредотачивающем качестве.

Опять же, напоминаю, что это не тантра-йога, что это методы сознания. Прямо противоположные методы! В тантра-йоге наоборот бы говорили, что чем больше ты страстно желаешь женщину или девушку, тем лучше. Ты можешь методом энергии взять. Но здесь мы действуем методом сознания: чем сильнее будет энергия, тем бесконтрольнее она подобно ветру будет задувать пламя твоего сознания. Как свечку.

Дальше идем.

Ученик: Дальше — ложное восприятие.

Вадим Опенйога: Ложное восприятие – и мы уже касались этого – когда мы что-то одно воспринимаем за другое.

Вот еще одно типичное представление о ложном восприятии. Говорят, что раньше хорошо строили дома. Говорят: «Посмотрите, у нас на улице все эти новостройки, какие хреновые! А вот раньше!.. Вот построили 400 лет назад дом, он стоит – и хоть что там, хоть тресни!»

На самом деле, как раньше строили хреново, так и сейчас. Одинаково строят. Разница лишь в одном: за 400 лет все ветхие дома разрушились, а остались только единицы, которые были хорошо построены. Это не значит, что раньше все такие дома были. Нет! Это говорит всего лишь о том, что сохранились только хорошие дома. Но мы делаем ложные выводы и, опираясь на эти ложные выводы, как-то себя начинаем вести.

Точно так же и в своей повседневной жизни мы иногда одно считаем другим. То есть мы не отдаем себе до конца отчет, почему мы ведем себя так или иначе. Где-то есть ошибка, а если есть ошибка, то о каком сосредоточении может быть речь? Мы что-то проглатываем просто так. Вот, мы начитаем искоренять наши мысли. Было 100 мыслей в голове, мы искореняем, искореняем, искореняем, их осталось, допустим, 40. А потом 20 мыслей мы считаем: о нет, это священная корова, оставляем их, они должны быть! И начинаем остаток сокращать. А что толку остаток сокращать, если эти 20 как прыгали, так и прыгают? Почему? Потому что мы их воспринимаем ложно.

Дальше идем!

Ученик: Дальше — неспособность достижения какой-либо ступени сосредоточения.

Вадим Опенйога: Вот это мне достаточно сложно комментировать, потому что…

Ученик: О каких ступенях сосредоточения идет речь?

Вадим Опенйога: Здесь имеется в виду, если человек что-то практикует.

Дело в том, что есть несколько ступеней. Допустим, очень тяжело сосредоточиться, если ты не научился отключаться от своих чувств. Буквально тебе начинает все мешать.

Ученик: Осязание и прочие?

Вадим Опенйога: Осязание, обоняние, слух, зрение – всё начинает тебя вырывать из сосредоточения. Очень тяжело идти выше, если предыдущая ступень пока не отработана.

Ученик: А метод такой же дается? Сосредоточение и отвлечение этой энергии от чувств на сосредоточение?

Вадим Опенйога: Да. Но дело в том, что если мы этого не достигли, а пытаемся уже непосредственно контролировать свое сознание, если мы подвержены еще действию наших чувств, но при этом пытаемся как-то очень жестко управлять концентрацией нашего сознания, то фактически мы начинаем строить дом без фундамента. И только-только мы сосредоточились, вдруг что-то выводит нас из себя, всё – ты полетел.

Эту тему мы детально обсудим, когда будет изучать восьмеричную ступень, что за чем идет (от разотождествления с чувственными объектами до самадхи). Мы коснемся этой темы в будущем.

Дальше!

Ученик: Отсутствие стабильности при сосредоточении.

Вадим Опенйога: Также обсудим потом.

Ученик: Тогда все. «Эти отвлечения сознания – суть препятствия».

Следующий афоризм.

31. Страдание, уныние, дрожь в теле, вдохи и выдохи сопутствуют рассеянным [состояниям сознания].

Комментарий Вьясы: Страдание [бывает трех видов]: вызываемое внутренними [причинами], вызываемое другими существами и вызываемое сверхъестественными [причинами] 1. Страдание — это то, от чего живые существа стремятся избавиться, когда оно их поражает.Уныние есть нарушение ментальных функций вследствие препятствия [реализации] желания.Дрожь в теле — когда части [тела] дрожат, то есть сотрясаются 2.Вдох есть жизненное дыхание, при котором вдыхается внешний воздух. Выдох — когда выходит воздух, находящийся внутри [тела].Все эти [явления] сопутствуют рассеянным состояниям [сознания], то есть они бывают лишь при рассеянных состояниях сознания и отсутствуют при сконцентрированном сознании.Итак, эти рассеянные [состояния сознания], являющиеся препятствием йогическому сосредоточению, должны быть подавлены посредством уже упоминавшихся практики и бесстрастия. Здесь же [автор] в заключение говорит о предмете практики:

Комментарий Вадима Опенйогаа: Мы помним, что рассматриваем афоризмы Патанджали вместе с комментариями Вьясы. То есть мы должны отдавать себе отчет, что здесь еще акцент понимания Вьясы добавлен.

Существует немножко другая интерпретация этого же афоризма. Она построена на следующем моменте: действительно, когда есть рассосредоточенное состояние, наблюдаются определенные явления. Но здесь акцент сделан не просто для всех подряд, но прежде всего, для практиков йоги, для тех, кто начинает заниматься йогой.

Так вот, когда человек только-только начинает сосредотачивать свое сознание, он начинает сталкиваться с вот такими волнами препятствий.

Ученик: В виде страдания?

Вадим Опенйога: Да. Он начинает заниматься, и вдруг что-то начинает всплывать в его окружающем мире, что вызывает его страдания.

Но с точки зрения, допустим, другого объяснения, это накопившаяся карма, это очищение. Это те старые-старые моменты, которые не были отработаны, но сейчас они начинают всплывать. Видишь, здесь немножко другой акцент?

И вот, что там идет? Страдания, перечисли еще раз…

Ученик: Страдание, уныние, дрожь в теле, вдохи и выдохи.

Вадим Опенйога: Вот это типичный набор, «джентльменский набор» состояний, через которые, в общем-то, любой практик, который только начинает заниматься, обязательно проходит.

Я об этом постоянно тоже говорил вам, что: «Ребята, ждите! Ждите депрессии, уныния…»

Ученик: Абсолютно любой человек?

Вадим Опенйога: Нет, конечно, не абсолютно любой. Если это Господь Бог во плоти, то, конечно же, он ничего такого испытывать не будет. Но если были какие-то недоработки, если вообще в принципе человек до этого хоть когда-то испытывал уныние и страдание, то сейчас он в легкой форме должен переболеть этим – и раз и навсегда от этого отказаться.

Ученик: А не бывает без таких состояний? Таких практик, методов в йоге?

Вадим Опенйога: Как раз в следующем афоризме и сказано: именно практиками и методами подавите эти состояния. Однако подавление их не суть йоги.

Конечно, они не обязательно должны присутствовать, их может и не быть, но как правило присутствуют.

И вот ты начинаешь заниматься йогой. Ты жил обычной жизнью, нормальной. (Это спорный вопрос, что такое нормальная жизнь, но ты жил, как подавляющее большинство людей на этой планете).

И в один прекрасный момент ты начал активно заниматься йогой сосредоточения. Ты начинаешь активно по той или иной системе практиковать сосредоточение. Иногда все идет «на ура»: сильнее, сильнее, сильнее. Но большинство из нас не идеальны, у нас у всех есть карма. Человек начинает сильнее сосредотачиваться, а в результате приходит волна депрессии. Сначала волна подъема – потом волна депрессии, волна чего-то классного – потом волна подавленности. И эти состояния перемежаются. Человек иногда даже обескуражен: что это вдруг? Я же вроде всем хорошим занимаюсь, что же мне так плохо?

Но в определенном смысле получается, что, переживая эти состояния, он легко отделывается от будущих проблем. В будущем эти все проблемы должны были вырасти до космических масштабов, и тогда, действительно, их было бы трудно решать, а сейчас он как бы малой кровью отделывается.

Так вот состояния подавленности и депрессии наблюдаются время от времени, когда ты усиленно начинаешь заниматься йогой.

Дальше в афоризме называется совершенно любопытная вещь: наблюдается дрожь в теле.

Каналы начинают чиститься, когда ты достигаешь определенной ступени сосредоточения. То есть ты сосредоточился, у тебя уже какое-то маленькое количество мыслей в разуме, но чтобы достичь сосредоточения, вся твоя энергетическая система должна работать исключительно на его поддержание. И она у тебя со страшной силой работает. Ты даже этого, кстати, не замечаешь.

Ученик: Во время концентрации?

Вадим Опенйога: Во время концентрации.

Но она работает, она привлекает все больше и больше энергии, и эта энергия натыкается на препятствия, на загрязненные каналы. Она начинает их чистить в принудительном порядке. Ты-то размышляешь, ты весь в концентрации сознания, но в этот же самый момент твоя энергия начинает чистить твои каналы.

Во время этого процесса по тебе проходят волны неконтролируемой дрожи. То есть твое тело начинает сотрясаться. Ты вроде сидишь сосредотачиваешься, а тебя, как под воздействием электрического тока, иной раз буквально пробивает.

Кстати, вот одна из причин, почему рекомендована поза лотоса: она как раз не позволяет тебе нарушить медитацию. Тебя как-то трясет или подбрасывает, но у тебя устойчивое состояние: большое основание и центр тяжести внизу. Из такого состояния очень тяжело человека опрокинуть, он устойчив. И когда начинает его «колбасить», то он не падает.

Ученик: Во время пранаямы?

Вадим Опенйога: Давай сейчас не будем пранаямы касаться. Это во время медитации.

Почему поза лотоса столь высоко ценима в йоге? Почему всех йогов обычно на картинках рисуют в позе лотоса? Именно по этой причине: если ты работаешь методом сознания, тебя пробивает дрожь, чистятся каналы. Затем это проходит: каналы очищены, и дрожи больше нет.

Ученик: Но что значит «очищены каналы и дрожи нет»?

Вадим Опенйога: Ты автоматически перестроил свое тело, даже не занимаясь им! Понимаешь? Не делая ту же хатха-йогу, ты перестроил тело. Чисто методами сознания.

Видишь, в чем здесь «фокус»?

Ученик: То есть ты на тонком уровне это сделал?

Вадим Опенйога: Да! А тонкий исправил грубый.

Следующее что там перечисляется?

Ученик: Следующее — вдохи и выдохи.

Вадим Опенйога: Здесь даны небольшие намеки.

Афоризмы Патанджали – это конспект разных подходов. Здесь хорошая ссылка на методы пранаямы: до тех пор, пока существуют вдох и выдох, сознание несосредоточено. Это очень легко проверить.

Можно сесть и попытаться сосредоточиться: чем сильнее ты будешь сосредотачиваться, тем все более медленным у тебя будет дыхание. И по мере сосредоточения оно будет замедляться.

В состоянии самадхи, когда будет присутствовать одна мысль или вообще не будет мыслей и сознание будет высвечивать само себя, дыхание вообще останавливается.

В тантрах, где заслуженно употребляется метод пранаямы, этого состояния достигают за счет дыхания. А вот в классических йогах сознания Патанджали этого состояния бездыханности – кевало или кевело – достигают посредством сосредоточения разума.

Если есть дыхание – значит нет сосредоточения.

Дальше!

Ученик: То есть это взаимосвязь мысли и дыхания? Чем у тебя меньше мыслей, тем меньше колебания легких? Получается, если человек о чем-то напряженно думает, у него сильнее, сильнее, интенсивнее дыхание?

Вадим Опенйога: Да. И мы об этом помним и учитываем эту самую связь между дыханием и мыслью. Или гораздо более сложно понимаемую связь между дыханием, мыслью и сексуальной энергией. Это базовая связь, на которой построено множество йоговских практик. Точнее, весь спектр всех известных йоговских практик построены именно на этой связи.

Итак, еще раз: прямо пропорционально сосредоточению разума.

32. в целях их устранения — практика с одной сущностью.

Комментарий Вьясы: Для устранения рассеянных [состояний сознания] пусть [йогин] практикует работу с сознанием, «опирающимся» на одну [отдельную] сущность.Однако для того, [кто полагает], что сознание есть лишь сознавание одного объекта за другим и [к тому же] мгновенно, все сознание [в своей всеобщности] только однонаправленно и не может быть рассеянным 1. [Лишь в том случае], когда это [сознание], отвлекшись от всего остального, концентрируется на одном объекте, оно становится однонаправленным. Следовательно, оно не [может быть направлено] с необходимостью на каждый объект. Так же и для того, кто полагает сознание однонаправленным, поскольку [оно представляет] поток сходных впечатлений; если его однонаправленность есть свойство сознания, [трактуемого] как поток, то такой поток сознания не является [чем-то] унитарным ввиду [своей] мгновенности. Если же [допустить, что однонаправленность есть] свойство [конкретного] содержания сознания, представляющего собой составной элемент непрерывного потока [сознания], то [независимо от того], состоит ли этот поток из сходных или различных содержаний сознания, само сознание всегда однонаправленно, поскольку оно с необходимостью [фиксируется] на каждом объекте. Таким образом, [мысль] о рассеянном сознании оказывается не­объяснимой. Отсюда следует, что сознание унитарно, направлено на различные объекты и стабильно 2.[Далее]. Если бы содержания сознания, имеющие различную внутреннюю природу, порождались бы как не связанные с единым сознанием, то как в таком случае одна [когниция] могла бы помнить то, что было увидено другой когницией? 3. Как одна когниция могла бы быть субъектом кармы, накопленной другой когницией? Если даже это как-то и устанавливается, то лишь способом, напоминающим [логику] «коровьего навоза и молочной пищи» 4. Более того, при рассмотрении сознания как различных, [не связанных между собой когниций оппонент] приходит к отрицанию достоверности опыта самотождественности. Каким образом [две когниций] «Я прикасаюсь к тому, что я прежде видел» и «Я вижу то, к чему я прежде прикасался» могут быть отнесены к не имеюще­му различий субъекту познания, если все когниций различны? Каким образом когниция «Я есмь этот неделимый атман», имеющая своим объектом одну идею [атмана] и возникающая в совершенно различных сознаниях, может принадлежать одному субъекту по­знания как общее [знание]? Ведь знание «Я есмь этот неделимый атман» может быть получено из собственного опыта. Более того, авторитет восприятия не превосходит другие средства познания. Напротив, другие средства познания находят применение именно благодаря восприятию. Поэтому сознание унитарно, направлено на различные объекты и стабильно.

Каким образом [достигается] то очищение устойчивого сознания, о котором говорится в шастре?

Комментарий Вадима Опенйогаа: Здесь опять же Вьяса решил добавить некие свои размышления на достаточно интересную и сложную тему. Но здесь в большей степени чувствуется влияние школы логической. Вот то, чем любят заниматься, допустим, буддисты и прочие — логическим построением чего-то.

Тем не менее, прокомментировать этот афоризм надо так: все предыдущие состояния устраняются, когда мы начинаем концентрировать свое сознание на одну сущность (это может быть глиняная кружка, Господь Бог во плоти, Богиня Кали, священный сладкий слог ОМ или еще что-нибудь). Как правило, когда есть одна сущность, а все остальные сущности исключаются, тогда наше сознание сосредотачивается, и те состояния, о которых говорится в прошлом афоризме, исчезают.

Один, важнейший, вывод: состояние подавленности, депрессии, состояние негативизма устраняется в тот момент, когда разум сосредоточен на одном.

Это своеобразная даже практика: если ты испытываешь то или иное состояние – подавленность, депрессию, и при этом сядешь медитировать, то прямо пропорционально сокращению твоих мыслей у тебя будет рассеиваться, как дым, негативное состояние. Когда у тебя останется одна мысль, у тебя не будет даже, так сказать, налета этих негативных состояний.

33. Очищение сознания [достигается] культивированием дружелюбия, сострадания, радости и беспристрастности 1 по отношению к счастью, страданию, добродетели и пороку.

Комментарий Вьясы: Итак, пусть [йогин] культивирует дружелюбие по отношению ко всем живым существам, наслаждающимся счастьем, сострадание к тем, кто испытывает страдание, радость по отношению к добродетельным, беспристрастность к обладающим порочными склонностями.У того, кто взращивает [свои чувства] подобным образом, возникает «светлое» качество, а отсюда и происходит очищение сознания. Будучи очищенным 2, [оно становится] устремленным к одной точке и достигает стабильности.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Вот! Здесь хороший очень перечень! Еще раз прочитай этот афоризм. Он очень важный. Важный по методам.

Ученик:

Очищение сознания достигается культивированием дружелюбия, сострадания, радости и беспристрастности по отношению к счастью, страданию, добродетели и пороку.

Вадим Опенйога: Это своеобразный «кодекс поведения». В дальнейшем он будет более детально рассмотрен в ямах и ниямах.

Перечисленное здесь — хорошая привычка, ответ на вопрос, как я должен себя вести, какие в себе должен культивировать чувства, а какие нет. И перечислены именно те чувства, которые следует культивировать.

Их стоит в себе всячески поддерживать и генерировать. То есть, если они в тебе вдруг зарождаются, ты их не задавливаешь, а, наоборот, всячески их поддерживаешь и лелеешь.

Обрати внимание: предлагается на светлой стороне сосредотачиваться. Как ни странно, но сосредоточение на светлой стороне приводит к сверхспособностям. Это в дальнейшем также будет у Патанджали.

А сосредоточение на их прямопротивоположности не приводит ни к чему.

И последний пункт –беспристрастность… Прочитай еще раз, как там сказано дословно…

Ученик:

«… по отношению к счастью, страданию, добродетели и пороку».

Вадим Опенйога: «… к счастью, страданию, добродетели и пороку».

Где-то все это выстраивается в одну линию.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что ты в своей жизни будешь встречать людей, подверженных, допустим, добродетели, и можешь встречать людей, подверженных пороку. И здесь дается ответ на вопрос, как ты к ним должен относиться.

Кто-то мне говорит: «Я буду любить и всячески уважать добродетельных и всячески буду убивать и что-то плохое делать по отношению к пороку!»

В 33-м афоризме утверждается другое: ты должен одинаково относиться и к тому, и к другому проявлению. Радоваться, если кто-то проявляет добродетель, радоваться от всей души всем сердцем! И быть безразличным к пороку. Но если что-то от тебя зависит, ты, безусловно, должен что-то сделать, согласно своей дхарме. Или своей карме. Вместе с тем, если ты просто включаешь телевизор и лицезреешь, как какой-то очередной негодяй опять что-то с нашей бедной страной делает, ты должен на все это смотреть беспристрастно. Только в этом случае ты не позволишь рассосредоточиться своему сознанию, быть вовлеченным.

Если ты видишь, что кто-то действительно начал наконец-то делом заниматься, начал страну возрождать из руин, всеми силами души радуйся. Но если ты видишь опять какого-нибудь олигарха, который утащил очередной миллиард долларов за границу и пытается учить нас жить, можно возмущаться, можно строить планы по его физической ликвидации и устранению, но тогда ты мало что достигнешь в йоге. Опять же, если это не твоя прямая обязанность. Нужно чувство невовлеченности. Безразличия.

Ведь фактически кармические законы очень свирепы. На твоих глазах разворачивается комедия: ты видишь, как человек роет сам себе яму, в которую он попадет и потом ему будет не очень весело там.

Ученик: Как к этому надо относиться?

Вадим Опенйога: Неэмоционально. Потому что если начинаются эмоции, то начинается распыление.

Дальше идем!

34. Либо же благодаря выдоху и задержке дыхания ‘.

Комментарий Вьясы: [Полный] выдох есть удаление воздуха из груди через обе ноздри посредством особого усилия; его удержание есть пранаяма, [то есть контроль над дыханием].«Либо же» — [йогину] следует достичь ментальной стабильности с помощью этих обоих [способов].

Комментарий Вадима Опенйогаа: Вот так же, как и в случае с мантра-йогой, пожалуй, и все, что касается пранаямы.

Ученик: Всё по пранаяме здесь?

Вадим Опенйога: Да.

Ученик: А как же восьмеричный путь: там не будет?

Вадим Опенйога: Я имею в виду самих техник упомянутых — нет.

Ученик: Из техник пранаямы это всё?

Вадим Опенйога: Это все!

Еще раз подчеркиваю: вот почему нельзя рассматривать йогу Патанджали как систему, окончательно описывающую всё! Это всего лишь некий конспект перечисленных методов. И в качестве одного из методов, средств по удалению всех ранее описанных препятствий и сосредоточению сознания на самом себе Патанджали предлагает систему пранаямы. Причем, какую пранаяму, обрати внимание: вдох – задержка.

Существует такая точка зрения в некоторых кругах (йоговских, научных), что якобы в тот момент не была еще разработана наука пранаяма. Что она возникла позднее.

И действительно, детальное описание пранаямы возникает из тантр. А все тантры датируются несколько поздними сроками.

Я не знаю, насколько справедлива точка зрения, что в момент написания трактата Патанджали пранаяма не была разработана. Я, если честно, с этим не согласен. Но для ученых… У них совсем другие критерии.

Я считаю, что эти методы могли быть известны гораздо раньше, но просто так, в широком смысле, не упоминаться. Недаром же все тантры были закрытыми учениями.

Я думаю, что система эта могла быть разработана и гораздо раньше, но в качестве основных элементов, о которых следовало бы упомянуть в качестве сосредоточения сознания, вдох и задержки Патанджали честно вкратце описал. Любая пранаяма по большому счету сводится именно к вдоху, выдоху и задержке. И когда задержка дыхания возрастает, если мы контролируем свою задержку дыхания, то мы, соответственно, контролируем однонаправленность сознания. То есть направленность его на одно. И как следствие – поглощение сознания самим собой.

Вот всё, что касается пранаямы.

Опять же, еще раз и еще раз! Многие люди начинают читать Патанджали и несколько даже в недоумение приходят: «Как же так: а где же пранаяма? Где же мантра-йога? Где другие виды?» Я все-таки считаю, что перед нами конспективный обзор разных методов.

Дальше идем!

35. Либо же [сверхчувственная] деятельность относительно [соответствующих] объектов при своем возникновении [также] вызывает ментальную стабильность.

Комментарий Вьясы: Восприятие «божественного» запаха у того [йогина], который сосредоточен на кончике носа, и есть [сверхчувственная] деятельность относительно запаха. Восприятие вкуса [достигается при сосредоточении] на кончике языка, восприятие цвета-формы — на нёбе, восприятие осязаемого — на середине языка и восприятие звука — на основании языка. И так эти [виды сверхчувственной] деятельности при своем возникновении фиксируют сознание в устойчивом состоянии, рассеивают сомнения и становятся средством [обретения] мудрости через йогическое сосредоточение.Аналогичным образом и проявленную [чувственную] деятельность относительно луны, солнца, планет, драгоценных камней, светильников, лучей света и т. д. также следует понимать как имеющую [соответствующий] объект. Ибо, несмотря на то, что истинная сущность реальных объектов, как она есть в действительности, и познается на основании той или иной шастры, логического вывода или наставления учителей — поскольку все это способно показать подлинную природу реальности 1, — до тех пор, пока хотя бы одна какая-либо часть [реальности] не воспринята собственными органами чувств, все [остается] таким, как если бы [оно было] непосредственно неизвестным, и не может вызвать твердого понимания таких тонких предметов, как конечное освобождение и прочее.Поэтому для того, чтобы подтвердить [достоверность] шастр, логического вывода и наставления учителей, по крайней мере некоторый специфический [предмет] должен быть с необходимостью воспринят непосредственно 2. И тогда, если одна сторона предмета, о котором говорилось в этих [источниках знания], воспринимается непосредственно, то все [остальные] тонкие предметы, вплоть до конечного освобождения, вызывают полное доверие. Именно с этой целью и говорится об очищении сознания.Если возникло состояние сознания, полностью контролирующее беспорядочное функционирование [психики], то оно становится способным непосредственно воспринимать тот или иной объект. И когда это происходит, то у него, [йогина], беспрепятственно возникают вера, энергия, памятование и сосредоточение.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Это достаточно хороший афоризм о том, как нам могут помочь в дальнейшем продвижении сверхспособности, возникающие при занятии йогой.

Что если мы переживаем какой-то сверхчувственный опыт, необычный опыт? Это может быть сверхчувственное восприятие: на расстоянии видеть, слышать, осязать, ощущать запахи и т.д. И даже малейшее проявление этих способностей может сосредоточить разум именно на них и как следствие — сфокусировать его. Это большое-большое подспорье.

36. Либо беспечальная и лучезарная..1

Комментарий Вьясы: [Слова] «…деятельность… при своем возникновении [также] вызывает ментальную стабильность» надлежит перенести [из предыдущей сутры]. [Здесь имеется в виду] постижение буддхи, [возникающее у йогина], сосредоточенного на лотосе сердца, ибо сущность разума обнаруживает яркое сияние, подобное акаше 2. Благодаря искусству сохранения устойчивости в таком [состоянии], деятельность [сознания] представляется в форме сияния солнца, луны, планет [или] драгоценных камней.Аналогичным образом сознание, растворенное в [идее] самости, перестает волноваться и становится подобным великому океану, умиротворенным, беспредельным, только-самостью. Сказано в этой связи: «Размышляя об атмане как о том, что есть лишь атом, поистине [йогин] приходит к совершенному знанию: «Я есмь» 3.Эта двоякого вида «беспечальная» деятельность, «имеющая объект» и «только-самость», называется лучезарной. С ее помощью сознание йогина обретает состояние стабильности.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Итак, следующий афоризм Патанджали, где он перечисляет методы остановки мыслеобразования, а точнее – достижения конечной цели, когда сознание поглощается самим собой.

Перед этим мы рассмотрели разные методы мантра-йоги, затем было упомянуто дыхание. А сейчас Патанджали упоминает метод, который идет вместе с такой техникой, как Атма вичара – исследование Атмы.

Но сперва несколько слов, о чем этот афоризм. Опять же аксиома основная: у нас есть то, что называется наше «Я», это наше «Я» в разных контекстах называется Атма (от слова «атом», «неделимое»), то есть это некая частица, которой мы являемся. Причем, это наше «Я» мы не можем поделить.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому, что если бы мы могли поделить наше «Я» на две половинки, то было бы не одно «Я», а два «Я». То есть то, чем являемся мы, по определению нечто неделимое.

Вспоминаем аксиоматику: наше «Я» проявляется либо как сознание, либо как энергия, но это всего лишь два проявления того единого, что называется наше «Я». И здесь предлагается некая техника, которая входит в практики раджа-йоги — это исследование своей самости.

Такое слово интересное – «самость». По-русски как бы «яйность». Сущность самого себя.

Здесь акцент делается в меньшей степени на сознание, а больше на союз того и другого. То есть «Я» в какой-то близкой сути к самому «Я». Это не совсем метод энергии и не совсем метод сознания, а и то, и другое несколько одновременно.

Для этого используется следующая практика: следует созерцать свою самость в центре своего сердца, но сердца не физического. Подразумевается место в середине груди. Мы концентрируем свое внимание на этом состоянии «Я».

Ученик: Почему именно в этом месте?

Вадим Опенйога: Достаточно сложный и нетривиальный вопрос.

Если мы вспомним устройство человеческого тела, этот центр равноудален как от точки сознания, так и от точки энергии, то есть это то место, где сбалансированы и сознание, и энергия. Отсюда как до центра энергии, так и до центра сознания одинаково.

Недаром практики умирания начинаются с этого места, потому что это точка соединения после смерти сознания и энергии, когда два этих аспекта сливаются. В какую-то долю секунды они превращаются в единый такой конгломерат, неразделенный.

Вот почему практики смерти для йоги столь важны: естественным образом протекает йога, естественным образом сознание и энергия интегрируются, то есть восстанавливаются. Это длится, конечно же, доли секунд. Затем если методом пховы, например, сознание не отослано, оно вовлекается в круговорот переживаний после смерти, но если оно в этот момент удерживается, если нет необузданных энергий, это великий шанс, как в Йоге Переноса, Йоге Ясного Света. Они начинаются с этого момента.

Вернемся к афоризму Патанджали.

Патанджали упомянул в числе прочих методов и этот метод – изучение своей самости, изучение своего «Я». И в отличие от чистого метода сознания, когда сознание просто высвечивает, но не затронуто, не вовлечено, здесь такого жесткого аспекта нет, здесь даже некая эмоциональная составляющая присутствует, свет энергии.

Кто видит? «Я». И кто это «Я»? И мы начинаем мысленно искать, кто же «Я», действительно? И рано или поздно приходит такое состояние, когда мы начинаем ощущать: вот я сижу и «Я» воспринимаю. Я переживаю, моя Атма воспринимает, переживает, анализирует, вовлечено в процесс, наблюдает за процессом.

Патанджали очень вскользь об том упомянул, а в дальнейшем возникло учение по исследованию своего «Я».

Идем дальше!

37. Или же сознание, имеющее объектом [тех, кто] свободен от желаний.

Комментарий Вьясы: Либо же сознание йогина обретает состояние стабильности, когда оно «окрашено» восприятием [индивидов], свободных от желаний, [восприятием], выступающим в качестве объекта [сосредоточения] 1.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Это афоризм, как ни странно, близок к аспектам Тантра-йоги. Вот почему, когда говорят, что Тантра возникла достаточно поздно, это неправильно, потому что даже Патанджали упоминает этот принцип. Если даже взять Ригведу, там будут те же самые мысли, но иносказательно. Так вот, любопытный афоризм. Принцип Тантра-йоги: «О чем думаешь, тем и становишься. Куда смотришь, туда и идешь».

Если мы сосредоточены на том или ином божестве или на том или ином существе, которое уже является совершенным, которое уже прошло весь путь, реализовалось, то наблюдается очень парадоксальный эффект, на котором построены Тантры: мы наследуем статус этого существа. То есть мы, помимо своей воли, сами становимся этим существом.

Точнее, не то чтобы мы становимся этим существом. Наша Атма, наше проявление Абсолюта — оно, безусловно, наше. Его — это его. Но все те моменты, с помощью которых он победил, переходят в наше распоряжение также. Мы как бы копируем.

Можно долго-долго, допустим, набивать какой-то текст на компьютере, потратить на это несколько дней, а можно потом прийти и переписать буквально за несколько секунд. Здесь примерно та же самая ситуация. На то, чтобы сделать впервые этот прорыв, требуется много усилий и времени, но затем повторить его, копировать достаточно просто. И, если мы размышляем о том или ином человеке, то по закону работы нашего разума, его точная копия формируется в нашем разуме, в тонкой чистейшей материи нашего разума. И чем дольше она там находится, тем больше мы сами начинаем подстраиваться под этот образ. Недаром у людей, которые долго думают об Иисусе Христе, иногда появляются шрамы, как от гвоздей, которыми Спаситель был распят на кресте. На физическом уровне! Ведь тело грубое — всего лишь послушный инструмент в руках тела тонкого, а тело тонкое, соответственно, строит себя по тому образу, который есть в разуме.

Здесь вязка с мистическими тантрическими практиками, сексуальными практиками в Тантре, когда мы строим свое новое тело, когда мы быстрым методом перестраиваем свое тело по шаблону того или иного Божества, либо существа, достигшего успеха. По тому же принципу действуют и христиане, которые читают о Христе, его юных годах. Они волей-неволей концентрируются на его сущности и волей-неволей достигают этого состояния — точно такого же уровня чистоты. Так же и в исламе, когда кто-то читает о житии пророка. Или буддисты, которые изучают те или иные тексты, связанные с учениками Будды или самим Буддой. Важно другое: самим фактом размышления о таком существе мы уже выполняем йогу.

38. Или же [сознание], опирающееся на восприятие, [полученное] в сновидении либо во сне без сновидений 1.

Комментарий Вьясы: Либо же сознание йогина обретает состояние стабильности, имея в качестве опоры восприятие, [полученное] в сновидении или во сне без сновидений, или его образ.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Есть другой метод или подход, с помощью которого достигается остановка изменения сознания. Это когда нам начинают сниться вещие сны. Вещь это поистине фантастическая, и всякий, кто пережил её, надолго запомнит это состояние. Иногда нам снятся кошмары, иногда что-то интересное, иногда захватывающее и т.д. — целый спектр. И мы можем просыпаться ночью от кошмара, и по своей силе это большая вещь.

Но есть такой аспект снов, который резко контрастирует со всеми теми снами, приятными либо неприятными, с которыми мы знакомы в повседневной жизни.

В результате занятия йогой либо по каким-то другим причинам, внешним или внутренним, иногда человек переживает такое состояние, что это не просто сон. По своей силе воздействия это в миллион раз сильнее, чем сон. И он настолько сильно человека поглощает, что фактически это целый опыт, целый мир, переживание. Если обычный сон оставляет отпечаток, но этот отпечаток быстро рассеивается, то здесь отпечаток настолько сильный, что мы можем после этого сна неделю или две вообще не приходить в себя, а быть под таким сильным впечатлением от этого сна, что у нас в голове будет всего лишь одна мысль: об этом сне. И больше ни о чем. Все вокруг блекнет, исчезает, а грандиозность этого сна, смысл его, наши переживания, ощущения — это сродни состоянию самадхи, состоянию такой крайней экзальтации, вызванному теми или иными духовными упражнениями, но происходят они в состоянии сна.

И если такие явления с нами происходят, наше сознание стабилизируется.

Ученик: Что это значит?

Вадим Опенйога: Это значит, что если до этого сна у нас был миллион разных мыслей, которые рассосредотачивали силу сознания, то после этого у нас остается всего лишь одна доминирующая мысль — об этом сне, об этом переживании, которое мы получили. Все остальные не то чтобы исчезают, но они мелкие, тусклые. Эта одна мысль лишает энергии все остальные; если они и присутствуют, то все они такие вялые, ни в какое сравнение не идущие.

В этом афоризме еще упомянут сон без сновидений. Это вообще отдельная тема — состояние, где есть переживание, есть ощущение, но нет образа. Мы как бы выпадаем в это состояние за пределами образов. Но там присутствует наша самость, наше сознание в бессознательном состоянии, оно не замутнено волнами. Присутствуют и сознание, и энергия, мы как бы проваливаемся в это изначальное состояние. Однако в отличие от сна, нет разума, по которому бегают волны мыслей.

Сон со сновидениями, который нас может вдохновить или произвести на нас большое впечатление, — это, собственно, волны в разуме, одна-две, но очень больших. Во сне без сновидений этот аспект исчезает, и мы проваливаемся в то исходное состояние — бессознательное. Отпечаток от этого сна тоже очень сильный.

39. Или благодаря созерцанию того, что приятно.

Комментарий Вьясы: [Йогину] следует созерцать именно то, что ему приятно. Достигнув стабильности [сознания] в этом случае, он достигает стабильности и в других случаях.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Это из серии алхимиков, астрологов и других…

Кто-то занимается изысканиями, кто-то — научной работой, кто-то открывает секреты мироздания, кто-то расшифровывает старинные манускрипты и шрифты, потерянные языки или пытается понять, что значили те или иные моменты. Кто-то подобно японским философам сидит среди камней и созерцает приятную картину, которая разворачивается, кто-то сидит на берегу реки и наслаждается великолепным видом, кто-то наслаждается видом гор, кто-то — произведениями искусства, идет в музей.

В каждом из этих случаев происходит естественное сосредоточение: нам на что-то приятно смотреть, значит мы можем концентрироваться на этом явлении или объекте естественным образом, без усилий. Концентрируясь так, мы поддерживаем всего одну мысль о том, что приятно, и на какое-то время забываем обо всем остальном. Таким образом, мы через это действие приятности развиваем свое сосредоточение, то есть сокращаем количество побочных мыслей.

Этот большой метод, серьезный, более наглядно проявляется в Тантрах. Ты видишь прекрасное тело девушки, тебе приятно его лицезреть, ты можешь на нем концентрироваться долго. Само собой естественно происходит поглощение твоего сознания этим образом. Духовное развитие не противоречит получению наслаждения, что, к сожалению, иногда пытаются представить. Опять-таки в этом же случае мы наблюдаем следующую картину: мы поглощены всего лишь одной мыслью, и все остальные уходят на второй план. Один раз достигнув такого состояния и постоянно его возобновляя, мы получаем способность сосредоточения на чем-то одном, и в дальнейшем мы можем эту способность переносить на все другие вещи, даже на те, которые нам неприятно наблюдать или нейтрально наблюдать. Поскольку выработана привычка глубокого сосредоточения, то этот механизм может быть перенесен на другие явления или предметы.

Ученик: Есть ли предметы, которые предпочтительнее созерцать?

Вадим Опенйога: Не имеет значения, предмет или действия являются объектом сосредоточения. Главное, что ты поглощен чем-то внешним, что доставляет тебе удовольствие.

40. Его могущество [распространяется на все] — от атома до величайших [объектов].

Комментарий Вьясы: [Сознание йогина], проникающее1 в «тонкий» [объект], обретает состояние стабильности, [распространяющееся на все мельчайшее] вплоть до атома. Сознание, проникающее в «грубый» [объект], достигает стабильности, [распространяющейся на все крупное] вплоть до величайших [по размеру объектов]. Таким образом, отсутствие препятствия [для сознания], функционирующего между двумя этими пределами, и есть высшее могущество. Сознание йогина, достигшее такого могущества, более не нуждается в очищении как следствии практики.Итак, какова же собственная форма сознания, обретшего состояние стабильности, каковы его объекты и [ступени] сосредоточения?Об этом говорится [в сутре]:

Комментарий Вадима Опенйогаа: Здесь упомянуто о могуществе, которое достигается методом сосредоточения сознания, концентрацией. Это важное замечание.

Мы привыкли к методам энергии. По-настоящему в этом мире уважают силу. Если у тебя есть атомная бомба, с тобой считаются. Если за тобой стоит армия, тебя уважают. Если ты способен произвести какое-то действие, тебя также уважают. Советский союз и Россию уважали за сильное вооружение, мобильную армию — это заставляло считаться с нами. Сейчас, когда все это развалилось, когда уже особо никого не запугаешь, потому что объем применения силы резко сократился (ты не можешь воевать на маленькой планете большим оружием, ты просто ее разобьешь на куски), на первый план выходит могущество экономическое.

Что толку обращать внимание на Россию, если она в экономическом плане ничего из себя не представляет? Что какая-то маленькая Германия за эти годы стала великой страной и уже наступает на пятки всем оставшимся державам и сверхдержавам? Та же Япония после войны… А мы из себя ничего не представляем. И понятно, что если американское правительство что-то заявляет, то к нему прислушиваются, потому что большой-большой ресурс энергии присутствует в виде денег, военной силы, в виде тех или иных форм давления.

Этот мир в большей степени привязан к проявлению энергии. В этом его сила и в этом его слабость. Сила — достаточно все четко, мир чистогана: есть энергия – есть разговор, нет энергии – нет разговора. Но слабость — в однобокости такого взгляда, такой позиции.

Есть обратная сторона проявления любой энергии — это сознание. И это те способности, это то могущество, которое в тени. Вот сейчас собираются напасть на корейцев, например, и никто не понимает, что сила их не в энергии. Их умонастроение не подкреплено ни деньгами, ни оружием, вообще ничем, но оно направлено в такую сторону, что становится реальной силой. Но вопрос здесь даже немножко в другом. Проявление могущества сознания действует незаметно. Если проявление могущества энергии всегда на виду, то сознание незаметно. А по силе воздействия это две одинаковые силы.

Западные цивилизации увлекаются вопросом энергии, а вопрос сознания они даже не понимают. Но вернемся к афоризму.

Йог, который достиг методами сосредоточения контроля над сознанием и который направляет свое сознание на любой объект, явление, человека, страну или еще что-то по своей сути получает полнейший контроль над этим объектом, причем не методом энергии.

Ученик: Каким образом контролируется этот объект, что он может с ним делать?

Вадим Опенйога: Все, что угодно: разрушать, создавать, кроить — все то же самое, что бы ты мог сделать с помощью энергии.

Мы помним, что сознание и энергия — это две стороны одного и того же, которое проявляется, в частности, как наше «Я». И фактически ты начинаешь действовать своим «Я», но через аспект сознания.

Дело в том, что все, что воспринимает и направляет сознание, то и начинает быть: Я волю, Я волеизъявляю. Что это значит? Я вижу. Я считаю, Я хочу. Я ничего при этом не делаю, обрати внимание. Я не заставляю, я не беру палку, я не устраиваю концлагерей, которые заставляют переделывать, я не применяю дубинку, не воздействую каким-нибудь жестким излучением или огнеметом, то есть не воздействую энергией. Я действую чем-то другим.

Сейчас я изредка просматриваю западные телеканалы и к своему удивлению встречаю программы, посвященные проблемам йоги. Совершенно удивительно! Сейчас эта мысль наконец-то начала звучать во всеуслышание. Я смотрю этот канал, и там пытаются открыть этот великий секрет, новую технологию — технологию сознания. Они бьются, как рыбы об лед, пытаются расширить способы применения этой технологии (они специально выбрали термин технологии) до бесконечности – от устранения локальных конфликтов на земном шаре до глобальной задачи по переустройству общества в нужном ключе. То есть сейчас стали эти вещи из древних текстов реанимироваться и внедряться в жизнь. Я вижу реальные попытки это сделать. Насколько они успешны будут, я не знаю.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому, что этот мир не покупает сознание, этот мир покупает энергию. Прельстить его на методы сознания очень тяжело, потому что само предпочтение ментальное направлено в сторону энергии. Есть такое выражение в Ведах: если у мудреца возникало желание, то он ничего не делал для его реализации; самим фактом, что он его осознавал, оно рано или поздно совершалось.

Я подробно остановился на этом афоризме, потому что у Патанджали здесь упомянуто могущество.

Отточенное сознание, направленное на тот или иной объект, полностью его контролирует, но не методами энергии.

Дальше идем!

Ученик:

Комментарий Вьясы: Итак, какова же собственная форма сознания, обретшего состояние стабильности, каковы его объекты и [ступени] сосредоточения?Об этом говорится [в сутре]:

41. Сосредоточение есть состояние «окрашенности» тем [объектом], на который [сознание] опирается, [то есть] на субъект познания, на познание и на объект познания, когда развертывание [сознания] прекращено, как в случае с драгоценным камнем.

Комментарий Вьясы: «Когда развертывание [сознания] прекращено» означает полное прекращение концептуализирующей деятельности [сознания].«Как в случае с драгоценным камнем» — использование примера. Подобно тому, как хрусталь окрашивается в тот или иной цвет различных предметов, служащих для него подставкой, и проявляет внешнюю форму [своей] цветной опоры, так и сознание, «окрашенное» объектами, на которые оно опирается, [как бы] ассимилируется объектом и проявляется как видимость собственной формы объекта. Например, будучи «окрашено» тонким элементом, [сознание] ассимилируется им и проявляется как собственная форма тонкого элемента. Точно так же, будучи «окрашено» грубым объектом, [сознание] ассимилируется им и отражает грубую форму. Аналогичным образом, «окрашенное» универсальным различием, [сознание] ассимилируется им и становится отражением универсальной формы. Так же это следует понимать и в случае с познавательными процессами и познавательными способностями. «Окрашенное» процессом познания в качестве своей опоры, [сознание] ассимилируется им и проявляется как видимость собственной формы процесса познания. Подобным же образом [сознание], «окрашенное» Пурушей — субъектом познания — как своей опорой, ассимилируется им и проявляется в качестве видимости собственной формы Пуруши — субъекта познания. Так же, будучи «окрашено» освобожденным Пурушей как своей опорой, [сознание], уподобляясь ему, проявляется как видимость собственной формы освобожденного Пуруши.

И таким образом сознание, подобное драгоценному камню, когда оно опирается на субъект познания, [или на] процесс познания, [или] на объект познания, [то есть] на Пурушу, [или] на органы чувств, [или] на [перво] элементы и когда оно «окрашено» ими, [то есть] основывается на них, [тогда] обретает их форму проявления. Такое [состояние сознания] называется сосредоточением.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Сперва я поясню, что здесь за аналогии с драгоценными камнями, чтобы понять, о чем речь идет.

Есть такое свойство у драгоценных камней, да собственно как у любого прозрачного предмета. Например, хрустальная ваза. Какого она цвета сама по себе? Ученик: Никакого. Она прозрачная.

Вадим Опенйога: Да! Но стоит мне что-то под низ подложить красное, то лучи красного начнут преломляться, и эта хрустальная ваза засияет красным цветом. Это не будет ее собственный цвет, это просто цвет переизлучен. Здесь проводится та же аналогия. Так объясняется принцип сосредоточения.

Но я хочу более подробно прокомментировать этот важный афоризм.

Так вот, мы помним, что если мы считаем себя физическим телом (это уже из других йог, в частности из Тантра-йоги или из Джнана-йоги), то мы попадаем под действие физического тела. Мы начинаем страдать и наслаждаться только лишь в рамках физического тела.

Если мы считаем себя тонким телом, мы начинаем страдать и наслаждаться в рамках тонкого тела.

Если мы считаем себя причинным телом, мы соответственно попадаем в поле действия этого тела.

Чем себя считаешь, тем и становишься.

Если считаешь себя в этом смысле рабом, рабом и становишься. Считаешь себя загнанным маленьким существом в этом мире, по большому счету им и становишься.

С одной стороны это утверждение не всеми воспринимается. Где здесь логика?

Вторая сторона. Мы помним, что наше «Я» проявляет себя через сознание и через энергию. Что касается энергии, то с этим все понятно: энергию легко увидеть. А вот как проявляет себя сознание? Как зафиксировать, что сознание проявляет себя? И здесь есть принципиальное ограничение: нет прибора, который бы определил, проявляет себя сознание или нет. Мы можем это фиксировать только косвенным образом по той энергии, которая в том или ином аспекте проявляется. Но само сознание мы не можем померить, мы не можем его ухватить, оно как бы за пределами этого мира.

В афоризме дается определение сосредоточения. Что же это за понятие? Если есть тот или иной объект или явление, то представленное перед лучами сознания, оно как бы пронизывается светом сознания, и сознание отождествляет само себя с этим объектом. Либо по-другому. Наше сознание, как хрусталь: оно бесцветно, оно не имеет качеств, но если положить под этот хрусталь красную тряпочку, то этот хрусталь засияет красным. И будет казаться, в первую очередь, самому человеку, самому «Я», самому Пуруше, что его сознание красное! Хотя на самом деле оно бесцветное.

Таким образом приходит такое понятие, как отождествление: сознание отождествляется с каким-то объектом. А отождествляясь, соответственно, считает себя им и попадает в поле действия этого объекта.

Именно по этой причине мы считаем себя своим грубым телом, если мы дикие люди. Мы считаем себя своим ментальным телом или умственными способностями, если мы «цивилизованные» люди. Каждый раз сознание преломляется через этот объект, окрашивается цветом этого объекта и считает себя именно им. Вот поэтому мы боимся смерти, вот поэтому мы цепляемся за наше тело, потому что мы пока не в состоянии отделить окрашенность сознания от самого сознания. И когда наше сознание окрашено тем или иным объектом, то оно сосредоточено на нем. Оно принимает форму одного объекта, хотя само по себе формы не имеет!

И тут мы приходим к такому моменту: сознание на определенном этапе эволюции отождествляет себя с разумом. Вследствие того, что разум сделан из тончайшей субстанции, тончайшей материи, находится в самой непосредственной близости, если так можно сказать, от лучей сознания, происходит отождествление лучей сознания с разумом, и возникает впечатление, что светится разум. Но на самом деле разум не способен светиться, он способен только преломить свет сознания. Сам по себе разум не светится!

В Тантрах есть такие мистические моменты: Луна — символ разума, а Солнце — символ Пуруши, нашего «Я», и нам иногда кажется, что Луна светит своим собственным светом. Точно так же и обычный человек в обычной жизни считает, что его разум, его интеллект светит своим собственным светом. Он помогает в каких-то делах, бизнесе, работе, выживании и кажется, что это и есть источник света. Но разум — всего лишь отражающая поверхность того света, который исходит из нашего «Я». То есть наше «Я» излучает свет нашего сознания, который в свою очередь преломляется и отражается в разуме. И только лишь по этой причине он кажется нам живым, доминирующим.

Мы опираемся на разум. Мы все очень здравомыслящие люди, всё прекрасно четко понимаем, мы очень уважительно относимся к разуму, при этом, забывая, что разум — это всего лишь инструмент, достаточно тонкий, но инструмент. В моменты затмений, когда идеалы «Я», идеалы души, если угодно, сталкиваются с разумом, мы видим, что свет души затмевается этим камнем Луны, что разум — это на самом деле не святящийся, а черный объект. Мы всегда считали его королем, идеалом, кумиром, Богом, а это всего лишь кусок камня. И переживается это как глубочайшее интуитивное понимание того, что мы выше, что наше «Я» выше разума, что разум до какого-то момента нам помогает, а начиная с какого-то момента – мешает нам.

С этого момента мы перестаем мучаться какими-то тревогами, волнениями, неразрешимыми задачами, которые нам подсовывает разум. Мы вдруг понимаем, что мы можем не отвечать на его вопросы, что он ошибается. Это не значит, что мы не должны его оттачивать, доверять ему, всячески использовать его. Нет! Мы должны это делать, но мы должны при этом помнить, что это не истина в последней инстанции. Та ситуация, в которую нас ставит разум, — это всего лишь видение самого разума, а не то, что есть на самом деле.

После этого человек вздыхает с облегчением. Если до этого мир сгущал над ним краски, загонял его в угол, то после этого человек понимает, что разум — это замечательно, но разум должен быть подчинен «Я».

Однако вернемся к афоризму Патанджали!

Наше сознание поглощено разумом. Все, что приходит в соприкосновение с разумом, делает в нем точную копию. Соответственно, наше сознание понимает явление или объект. У Патанджали просто определяется состояние сосредоточения — ясное высвечивание объекта. Объект приходит в поле лучей сознания, сознание пропитывается им, и мы знаем об этом объекте, мы его постигаем, мы сосредоточены на этом объекте.

Вторая же часть афоризма говорит нам, что если нет объекта, которым поглощается сознание, то лучи сознания обращаются как бы назад и начинают высвечивать Пурушу, начинают высвечивать наше «Я», которое поистине запредельно. То есть сознание поглощается самим же «Я», Смотрящий смотрит на Себя. Тогда это сосредоточение направлено на само «Я», поглощено само собой.

Понятие, что ты не разум, рождается с большим мучением.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Потому что мы, хотим мы того или нет, всю свою жизнь пользовались разумом подсознательно, некритично, мы все равно считаем, что разум есть «Я».

И начинается процесс, как правило, с того, что нам становится душно и тесно в рамках разума. Потом это доходит до критического предела. Это роды, болезненные роды. И когда это доходит до критического предела, когда уже деться некуда, иногда приходит это понимание, собственно, почему.

Разум представляется в виде тирана. Вся жизнь представляется в виде тирана. То есть все как бы пытается тебя контролировать и поработить, но действовать все внешние вещи могут только через разум. Они не могут действовать непосредственно на твое «Я». Твое «Я» выше всего, и пока ты, твое «Я», считает себя твоим разумом, на тебя реальные воздействия эти вещи могут оказать, потому, что ты отождествляешь себя со своим разумом и попадаешь в поле действия страданий и наслаждений разума.

Дергая за ту или иную ниточку или создавая те или иные условия, можно заставить тебя страдать или наслаждаться. И поэтому внешние факторы действуют через уровень разума.

Разум будет держаться за власть очень серьезно. Состояние это очень болезненное. Но это тема другая. Здесь же мы определили, что есть сосредоточение.

42. Здесь 1 сосредоточение «с умозрением» лишено отчетливости ввиду различия между словом, объектом и понятием 2.

Комментарий Вьясы: Например, хотя слово «корова», объект «корова» и понятие «корова» различаются между собой, в познавательном процессе они кажутся нераздельными. При анализе [обнаруживается, что] свойства слова — это одно, свойства объекта — другое, а свойства понятия — третье. Иначе говоря, их способы существования различны.Если при этом у йогина в состоянии сосредоточения объект «корова» и т. п., попавший в [сферу его] сосредоточенного постижения, оказывается связанным с различением слова, объекта и понятия, то такое неотчетливое состояние сосредоточения называется «умозрительным».Однако когда память [йогина] «очищена» от [каких-либо следов] языковых конвенций и сосредоточенное постижение свободно от [всех] умозрений, [возникающих вследствие] вербального свидетельства [или] логического вывода, объект предстает лишь тем, что он есть сам по себе, и характеризуется только проявлением собственной формы. И это — недискурсивное сосредоточение 3. Оно и есть высшее восприятие как семя вербального свидетельства и умозаключения. И вербальное свидетельство, и умозаключение возникают на его основе. Более того, такое непосредственное знание не сосуществует со знанием, [полученным на основе] вербального свидетельства или умозаключения. Поэтому непосредственное знание йогина, возникшее из недискурсивного сосредоточения, не смешивается с другими источниками познания.Определение этого недискурсивного сосредоточения проясняется в [следующей] сутре.

Комментарий Вадима Опенйогаа: В связи с этим я хочу только вот что сказать. Есть те или иные явления, которые, как нам кажется, мы знаем, но там присутствует некое недопонимание, иллюзия. Поэтому, опираясь на такое знание, мы порождаем будущее незнание. То есть, если у тебя исходные данные неверны, как ты можешь сделать правильный вывод? Но затем при оттачивании сосредоточения, оттачивании памяти о том или ином явлении, проявлении, оно все большей и большей ясностью проявляет тот или иной объект или явление в своем истинном свете. Не в том, как мы его воспринимали, а в том свете, который ближе к истинному проявлению. И опираясь уже на такие кирпичики, картина начинает медленно сходиться. Мы уже делаем выводы и ведем себя на основании правильных данных.

Человеческой природе, точнее природе человека, не занимающегося духовным самосовершенствованием, свойственно забывать всё, абсолютно всё. Он в вечной гонке за какими-то иллюзорными благами или исполнением желаний, или каких-нибудь обычаев. Вот это называется жизнью — вечная крысиная беготня.

Человек просто страдает одной характерной чертой — отсутствием памяти. И второй раз сталкиваясь с аналогичными явлениями, он не делает выводов из предыдущих, а опирается на какие-то ложные выводы. Это такое состояние человека, когда он убегает, а его догоняет какая-то мрачная волна страха. И ему кажется, что если он не будет бежать дальше, то она его накроет. Это типичное состояние раджаса.

Если же человек начинает делать выводы, то этот бег уже начинает быть осознанным, осмысленным и эффективным. Но для этого надо отточить впечатления, избавиться от иллюзорного, неправильного представления, то есть прояснить ситуацию. И тогда к своему удивлению мы видим, как много мы делаем лишних телодвижений в плане неэффективности. Большое количество понятий мы имеем в непроверенном виде, они до нас доходят, и мы воспринимаем их некритично, поглощаем в том виде, в котором они до нас дошли. Мы не удосуживаемся даже подумать, а вдруг они до нас дошли в искаженном виде?

Если же мы воспринимаем объект сам по себе, вне его названий, ярлыков и описаний, а просто, непосредственно, тогда мы действительно получаем знание об объекте, знание его истинного значения. Мы уже вне заблуждения, в котором мы были до этого, когда нам просто это знание передали. Направляя внимание на объект, наше сознание окрашивается светом этого объекта, и мы постигаем всю внутреннюю сущность, все хитросплетения взаимоотношений частей целого объекта, всю информацию, которую мы только могли бы почерпнуть из этого. Мы уже по-настоящему, из собственного опыта, знаем, что он (объект) из себя представляет. Когда проясняется очень много в отношении объектов или явлений, у человека меняется жизнь, он начинает по-другому себя вести.

43. Недискурсивное [сосредоточение есть такое состояние сознания, когда оно], полностью очищенное от памяти и как бы лишенное собственной формы, проявляет только объект.

Комментарий Вьясы: Недискурсивное сосредоточение есть такое [состояние сознания], когда при Очищении памяти от языковых конвенций, вербального свидетельства, умозаключения, понятий и ментального конструирования постижение, «окрашенное» собственной формой воспринимаемого объекта, как бы оставив свою форму постижения, которое есть по своей сути процесс познания, обретает собственную форму референта, то есть воспринимаемого объекта как такового. Подобным же образом это было объяснено [и в сутре].Для такого [сосредоточения] мир [внешних предметов] — корова и т. д. или горшок и т. д., — [который] по своей сути есть специфическая форма соединения атомов 1 [как] внутренняя форма объекта, представляет [собой содержание] единичного ментального акта. И эта специфическая форма, которая, в сущности, есть общее свойство тонких элементов, установленное посредством умозаключения на основании видимого следствия, [то есть внешнего объекта], проявляется через свое эмпирическое выражение. Она исчезает при появлении другой качественной определенности, [например] чаши и т. д. Такой качественно-определенный субстрат называется целостностью. Эта [целостность] и есть то, [что существует как] единичное, большое или малое, как осязаемое или обладающее способностью действия, или как невечное. [Вся] практическая деятельность и осуществляется с таким целостным [предметом].Однако для того, кто отрицает реальность этого специфического соединения [атомов] ввиду невоспринимаемости «тонкой» причины в недискурсивном [сосредоточении], практически все полученное знание является ложным, поскольку при несуществовании целого ложное знание не основано на его форме. Как же тогда возможно истинное знание, коль скоро его объект не существует? Все, что воспринимается, рассматривается в качестве целостности. Следовательно, целое, которое получает в обыденном словоупотреблении [название] «большое», «маленькое» и т. п., существует [реально]. Оно-то и выступает объектом недискурсивного сосредоточения.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Трудно, конечно, комментировать, но два слова я скажу.

Если мы хотим получить сведения из первых рук, или непосредственно от объекта, мы должны в какой-то момент воспринимать его вне тех отпечатков, которые идут параллельно.

Идет много информации по множеству каналов, и один перекрывает другой: название мне говорит об этом объекте что-то одно, а я воспринимаю его как нечто совсем другое. Такая мешанина иногда возникает, что в результате вырабатывается совершенно третье представление об объекте.

Когда же мы сосредотачиваемся на объекте чисто, не обращая внимания на его атрибуты, то тогда, конечно, приходит другое видение.

44. Таким же образом объяснены рефлексивное и нерефлексивное [сосредоточения], имеющие «тонкий» объект.

Комментарий Вьясы: Из этих [двух] сосредоточение на «тонких» элементах, свойства которых проявлены и которые определены опытом пространства, времени и операциональной причины, называется рефлексивным.В этом случае также и «тонкий» элемент, воспринимаемый единичным ментальным актом и специфицированный наличной качественной определенностью, служит той опорой, на которой основывается йогическое постижение.В свою очередь, сосредоточение, всегда и во всех отношениях связанное [с «тонкими» элементами], которые лишены [каких бы то ни было] спецификаций через «угасшие», возникшие или неопределяемые свойства, [но которые тем не менее] сопровождаются всеми свойствами и являются внутренней сущностью всех свойств, — [такое сосредоточение] называется нерефлексивным. Будучи именно таковым по своей природе, «тонкий» элемент становится в силу этого опорой йогического постижения, которое и «окрашивается» его собственной формой. Когда же постижение как бы лишается собственной формы и выступает как «только-объект», оно называется нерефлексивным. Из этих [четырех видов] дискурсивное и недискурсивное [сосредоточения] имеют своим предметом «грубые» реальные объекты, а рефлексивное и нерефлексивное [сосредоточения] — «тонкие». И, таким образом, с помощью недискурсивного [сосредоточения] объяснены два [последних вида сосредоточений], когда концептуализации отсутствует.

Комментарий Вадима Опенйогаа: В двух словах можно сказать, что есть объекты грубые и тонкие.

Можно концентрироваться на грубых проявлениях, а можно — на тех матрицах, на которых эти грубые проявления построены.

45. Свойство быть «тонким» объектом имеет [своим] ограничителем «отсутствие признака» 1 [как исходное состояние первопричины].

Комментарий Вьясы: «Тонкий» объект атома земли — танматра запаха, [атома] воды — танматра вкуса, [атома] огня — танматра цвета, [атома] ветра — танматра осязания, [атома] акаши — танматра звука 2.Принцип индивидуации в качестве [причины также может служить «тонким» объектом для йогического сосредоточения]. В свою очередь, его «тонкий» объект — «только-признак» 3, [то есть первая стадия эволюции первопричины]. «Отсутствие признака» [как причина] «только-признака» также [может выступать] «тонким» объектом [сосредоточения], но выше «отсутствие признака» «тонкого» не существует.- Но разве нет Пуруши как «тонкой» [сущности]?- Правильно, но эта «тонкость» Пуруши отнюдь не того же самого порядка, что «тонкость» «отсутствия признака» по отношению к «высшему признаку». Пуруша не является порождающей причиной, он — причина [целевая].Отсюда становится понятным, что «тонкость» достигает своего предела в прадхане, [то есть первопричине].

Комментарий Вадима Опенйогаа: Начнем с того, что мы помним. Мы можем сосредотачиваться на объектах грубых, но для объектов грубых есть объекты тонкие.

Полным-полно всяких россказней о всемогущих йогах на Востоке, которые поистине творят чудеса, живут в каком-то своем фантастическом мире и пользуются какими-то свойствами и функциями своего восприятия и свойствами окружающей вселенной, которые нам совершенно непонятны и кажутся совершенно чудесными. В этом смысле весь перечень сверхспособностей, которые демонстрирует йог, нам кажется, скорей, противоречащим здравому смыслу и общей картине физического мира. Но на самом деле внутри учения йоги, внутри этого конгломерата знаний это все достаточно логично выводится. То есть любая сверхспособность не является чем-то непонятным, фантастическим, а это своего рода вывод из теории устройства мира.

Мы помним, что все, что нас окружает, — это грубые элементы, воспринимаемые обычными органами восприятия человека. У каждого грубого элемента есть свои свойства. Перечислим эти грубые элементы: земля, вода, огонь, воздух, эфир. Пять основных элементов, из которых состоит вся эта грубая вселенная. И, собственно, даже современные ученые, которые просто анализируют окружающий мир, в некотором смысле анализируют грубые элементы даже, может быть, в каких-то их необычных проявлениях.

Но йога говорит, что мы сложнее, чем нам кажется, и что самый большой инструмент исследования внешнего мира — это наше сознание. В этом смысле для йога не нужна внешняя лаборатория с какими-то химическими реактивами и установками, микроскопами и телескопами. Достаточно иметь собственное тело. Таким образом, наше тело — уже само по себе гениальный инструмент для познания внешнего мира.

И вот после долгой-долгой практики приходит знание о подоплеке внешней материи, о том, что за всяким грубым проявлением стоят тонкие проявления.

Есть грубые проявления земли, воды, огня, воздуха и эфира, которые с точки зрения современной физики мы могли бы классифицировать по степени уплотнения энергии.

Понятно, что энергия наиболее плотно сжата, заморожена, сконденсирована в твердом веществе, и современная наука это подтверждает. Знаменитая формула Эйнштейна о том, что энергия, содержащаяся в объеме вещества, прямо пропорциональна его массе, помноженная на квадрат скорости света. И выражение получается в джоулях. Говоря другими словами, один грамм такого вещества, если бы можно было из него сделать бомбу или ручную гранату, разнес бы земной шар в пух и перья.

И так дальше по уплотнению.

Но в йоге есть еще другая классификация: за каждым грубым проявлением стоит тонкое проявление. Это суть некое качественное свойство. Причем, оно выступает в некоем персональном проявлении органов чувств.

Считается, что основным отличительным элементом земли является запах.

Есть некие «кванты чувств». Мы привыкли, что у нас есть пять чувств, и на подсознательном уровне мы считаем, что это всего лишь производная от физической материи. Но при более углубленном рассмотрении получается, что это суть неких таких фундаментальных свойств Вселенной, которые проявляются этими пятью основными качествами. То есть это не что-то побочное, производное, а что-то основное, основополагающее. И когда проявляется это основополагающее качество, то в более грубой форме оно «обрастает», превращается в тот или иной грубый элемент.

Ученик: Так почему качество земли — это запах, качество воды — это вкус?

Вадим Опенйога: Это философия санкхьи. Там есть свои объяснения, свои логические построения, я не хочу их касаться, чтобы мы не запутались. Просто для начала уясним, что такое есть, а далее рассмотрим более детально.

Когда мы рассматриваем запах, мы можем рассматривать всю химическую цепочку: вот какие-то вещества подлетели, осели на слизистой оболочке носа, какой-то электрический сигнал выделили, который пошел в мозг, и мы это классифицируем как запах.

Но нашему «Я», которое воспринимает импульсы информации, все равно, потому что даже зрение приходит в виде импульсов, даже осязание приходит в виде импульсов. Так вот эти импульсы делятся на пять частей, на пять окрасов: один отвечает за запах, другой — за зрение, третий — за прикосновение, четвертый — за вкус, пятый за — осязание слуховой вибрации. Мы воспринимаем нервные импульсы окрашенные, то есть некую окраску импульсов, некий алгоритм построения этих импульсов.

Вот очень интересное свойство: если алгоритм построения импульса делается более грубым и проявляется на грубом уровне материи, то по этому же самому алгоритму, по этому же самому закону строятся элементы. Это очень трудный для понимания предмет…

Возьмем кусочек материи и посмотрим, по какому принципу она построена. Например, земля.

Мы начнем ее разбирать смотреть, как там энергия уплотнена и сделана, и в конце концов мы найдем тот же самый алгоритм, который передает нам импульс, то есть ту же самую окраску энергии, которую передает нам качество запаха. То есть существует такая абстрактная идея, что ли, — идея построения. Поэтому свойством материи является запах, свойством воды является вкус, свойством огня является зрение, свойством воздуха осязание, свойством эфира, пространства — звук.

Это скорее опытный факт из практики йоги. Йоги долго практиковали, потом для них это становилось так же очевидно, как для нас очевидно все, что мы видим вокруг. То есть они вначале жили как обычные люди, потом начинали заниматься йогой, у них обострялось восприятие, и они начинали воспринимать какие-то вещи, которые обычный человек не воспринимает. Восприняв и классифицировав их, они увидели такую закономерность, и эту закономерность они объяснили и записали.

Мы еще не обладаем таким тонким чутьем, тонким свойством распознавания, нам приходится принимать это все на веру, пока мы сами в своей жизни не повторим этот опыт. А мы обязательно повторим, потому что это своего рода ступенька в развитии йоги: когда мы начинаем, допустим, созерцать тот или иной грубый элемент, мы рано или поздно приходим к осознаванию стоящего за ним тонкого элемента.

Ученик: Каким образом?

Вадим Опенйога: Скорее, не в качестве абстрактной идеи, а в качестве реального переживания. Мы будем действительно внутри с помощью сознания вычислять или разделять эти неделимые участки танматр — «кирпичиков», из которых построено то или иное свойство. И после этого все встанет на свои места, все станет ясно и понятно, а до этого приходится верить на слово.

Если мы начинаем медитировать (медитации бывают на грубых проявлениях, а бывают на тонких проявлениях) на грубых проявлениях земли, воды, огня, воздуха или эфира, мы рано или поздно переходим к осознаванию и пониманию тонкого элемента, из которого построено грубое проявление.

Ученик: Как это происходит?

Вадим Опенйога: Это свойство нашего сознания.

Если наше сознание направлено на тот или иной элемент, элемент вынужден, образно говоря, показать себя, показать, как он сделан. И с точки зрения йоги это так же реально, как и переживаемое нашими органами чувств.

Дальше у Патанджали упомянут еще один момент: а является ли Пуруша в этом отношении каким-то таким тонким моментом или это нечто более грубое? И в комментариях Вьясы по этому поводу кое-что сказано. Но пока давай не будем об этом. Пойдем дальше!

46. Именно они, [такие виды концентрации], и есть сосредоточение, обладающее семенем.

Комментарий Вьясы: Эти четыре [вида] концентрации [сознания] обладают «семенами» 1, [то есть] внешними реальными объектами, и, таким образом, сосредоточение также наделено семенем. Здесь дискурсивное и недискурсивное [сосредоточение] — на «грубом» объекте, а рефлексивное и нерефлексивное — на «тонком». Иными словами, насчитывается четыре вида сосредоточения.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Я не буду пояснять по отдельности каждое, а пойдем быстрее дальше.

Итак, есть два вида сосредоточения. Мы уже об этом упоминали, но сейчас я вскользь повторю. Потому что они по большому счету важны для достижения абсолютного успеха в йоге.

Есть сосредоточение так называемое «с семенем» и есть сосредоточение «без семени».

Ученик: О чем это говорит? Как это надо понимать?

Вадим Опенйога: Есть сосредоточение, которое остается в круговороте кармы, в круговороте причины и следствия, то есть один поступок порождает другой поступок. Точно так же и сосредоточение.

Здесь перечислены четыре вида сосредоточения, они все с семенем: когда мы сосредотачиваемся, то любое сосредоточение несет свое следствие, и следствие сосредоточения — это благая карма. Но все равно кармы!

В этом смысле любое сосредоточение, даже столь утонченное, которое нам принесет благую карму, — это все равно сосредоточение с кармой, потому что присутствуют семена кармы, которые потом развернутся в виде благих обстоятельств нашей жизни.

На первый взгляд это может нас порадовать, но йог уделяет этому мало внимания, потому что он отбрасывает одновременно и плохую карму, и хорошую. Он стремится к состоянию без кармы, он хочет выйти из этого круговорота вообще.

В этом деле может помочь только лишь сосредоточение без семени.

Любое действие, в частности сосредоточение с семенем, — это как шестеренка: одна шестеренка вращает другую шестеренку.

Но есть принципиально другое сосредоточение, когда сознание поглощается Пурушей, когда наше сознание поглощается нашей собственной сущностью, которая вне этого мира. И каждое такое поглощение — это как выбитый зубец из «шестеренки» кармы. В дальнейшем мы хотя бы на один шаг становимся свободнее, у нас появляется, если угодно, поле для маневра, но только вне этого мира, вне этого круговорота семян, который эти семена воспроизводит в будущем.

В этом смысле любое сосредоточение, которое ведет к сверхспособностям, которое ведет к постижению танматр, которое ведет к постижению времени, знанию всех тонких аспектов устройства Вселенной, — благая карма, но все-таки карма. Вот в этом смысле это сосредоточение названо «с семенем».

47. При искусности в нерефлексивном [сосредоточении возникает] внутреннее спокойствие.

Комментарий Вьясы: Искусность — это ясное, невозмущаемое течение саттвы интеллекта, сущность которой — свет, [она] свободна от загрязняющих [ее] препятствий и не подвержена преобладающим влияниям раджаса и тамаса. Когда возникает такая искусность в нерефлексивном сосредоточении, тогда у йогина наступает неколебимое внутреннее спокойствие, [то есть| свет открытой мудрости, не связанной с [обычными] ступенями [процесса познания и видящей] объект таким, как он существует в реальности. В этой связи сказано: «Подобно тому как [человек], стоящий на вершине горы, видит всех, находящихся на равнине, тот, кто обрел свет мудрости, [сам] не подверженный печали, видит людей в [их] страдании» 1.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Это продолжение объяснения состояний.

Есть такой стереотип, что йог должен быть «отмороженный», как удав. Чтобы вокруг не происходило, он, скорей, должен представать перед нами как невозмутимое бревно, нежели человек, вовлеченный в дела. До известной степени этот стереотип возник из реального проявления этой вот способности, когда человек долгой практикой очистил свое тело от инерции, от тупого животного существования, посредством раджаса, активности, а затем довел эту активность до такого предельного состояния, что активность сама собой тоже отмерла. Настает состояние саттвы.

Представь себе, что живет некий человек под пальмой в диком существовании, ест коренья, в общем ведет образ жизни животного, совершенно тупого, которое ничего не понимает. Затем неудобства жизни и боль заставляют его предпринимать какие-то шаги, действия. Он начинает кокосовые орехи собирать, в ближайшую деревню нести, продавать их, покупать что-то, строить магазин по продаже кокосов, потом фабрику по переработке этих кокосов в какое-нибудь кокосовое молоко, затем он открывает свои представительства в Америке. Европе, Азии, становится бизнесменом, постоянно летает то в Токио, то в Москву, то в Париж, везде пытается протолкнуть свое кокосовое молоко. Потом делает транснациональную компанию, которая доминирует на всем земном шаре и всех уже буквально завалила этим продуктом. Затем он понимает, что один не справляется, начинает набирать менеджеров, которые вместо него бегают, прыгают, а он в общем-то участвует в делах, но уже меньше. Сам он больше наблюдает. Затем эта компания растет и растет, менеджеров все больше и больше. Наступает состояние, когда он сидит в своем кабинете и ничего не делает. Все делают менеджеры. Вся фирма работает, как часы. Он знает весь процесс от начала до конца, начиная от сборщиков кокосов, которые по пальмам лазают, заканчивая работой менеджера, который распоряжается, пойдет эта партия товара в Гон-Конг, или в США, или в Мексику. Он знает все, но он не делает ничего. Он может встать в любую часть этого процесса: может пойти собирать кокосы, может быть бухгалтером в этой фирме, а может быть каким-нибудь исполняющим директором. Он знает весь процесс досконально, и он как бы за ним следит, видит, как весь этот процесс крутится. Ему больше не надо ничего делать, он просто сидит, радуется, наслаждается жизнью. Это состояние саттвы.

Вот такая аналогия. Не знаю, хорошая она или плохая, но она в большей степени отражает позицию йога, у которого свет сознания саттвы светит настолько сильно, что он видит вещи в их истинном свете, какое бы явление ни приходило, он видит и причину, порождающую это явление, и следствие. И если он что-то делает, то он делает минимально, он наблюдает. Он несколько отстранен от окружающего мира. Он все понимает, его по большому счету мало что удивляет.

Ученик: А как же это происходит на уровне нашего организма?

Вадим Опенйога: Наш разум проходит тоже такие метаморфозы, превращения. Сперва разум наш инертен и неподвижен — он в тамасе. Мы посредством раджаса очищаем его от тамаса, но он становится очень активным, даже чересчур активным, он как бы загрязнен раджасом. Когда мы очищаем и раджас посредством практики, разум начинает быть в своей собственной форме, а собственная форма разума — это саттва.

Когда была создана эта Вселенная, материя или энергия, что собственно одно и то же, начала окрашиваться в три разных спектра. Когда материя находилась в саттве, из нее был построен разум. Когда материя окрасилась в раджас, из нее было построено наше тонкое тело, наше тело чувств. Когда материя окрасилась в свойство тамаса, она превратилась в собственно материю, которую мы видим вокруг себя, и материю нашего тела. В дальнейшем разум затмевается раджасом чувств и тамасом тела.

Причинное тело стоит особняком, оно пересекается где-то с разумом, это немного другая классификация, классификация с точки зрения философии санкхьи.

Есть еще такая ступенька, где Пуруша, наше высшее «Я», чувствует себя отделенным от целого. Это, если угодно, шестая ступенька, шестое чувство, но это не собственно чувство. Оно называется еще ахамкара, самообособленность.

Итак, разум в состоянии саттвы — это разум в естественном состоянии. Это очень важное замечание, потому что даже если ты встречаешь что-то в очень грубом его проявлении, тем не менее разум его все равно состоит из саттвы. Разум — это то, в чем распространяются лучи сознания.

Подобно тому, как свет в темной комнате высвечивает, и мгновенно все становится видно, ясно и понятно, точно так же и сознание обладает таким же свойством: всё, что бы ни приходило в разум, высвечивается, становясь видным, ясным и понятным. Это свойство нашего «Я» обладать сознанием, которое делает ясным все, с чем оно соприкасается.

Но разум бывает покрыт пеленой раджаса и тамаса.

Когда же разум человека находится в саттве, он действительно находится в таком непоколебимом спокойствии. Чтобы ни происходило, он спокоен. Но это бывает только тогда, когда разум находится в состоянии саттвы.

Вот я смотрю какой-нибудь голливудский фильм, где показывают какого-нибудь мордоворота с олимпийским спокойствием наблюдающего, как на него прет какая-нибудь образина, которая хочет его сожрать. И он — такой «Джеймс Бонд», у него ни рука, ни нога не дрогнет, он эту образину как-то там завалит. И почему-то у всех возникает впечатление, что он находится в состоянии саттвы. Он не находится в состоянии саттвы, просто у него тамасом блокированы некие аналитические функции. Если бы они не были блокированы, ему было бы очень плохо, потому что он начал бы переживать все последствия от встречи с этой тварью. То есть на грубой форме существования человек становится тупым орудием.

Или говорят про такого человека: «У него вместо нервов канаты». Но это всего лишь так кажется, потому что они затуманены тамасом, ему как будто сделали инъекцию обезболивающего, он просто ничего не чувствует, он бы и рад что-то чувствовать, да не может. Раджас в нем развился, чтобы эту тварь завалить, но с другой стороны чувства, восприятия замутнены тамасом, поэтому он выглядит таким супермэном. А потом начинается очень интересная вещь, он начинает развиваться, и это его показное хладнокровие куда-то исчезает.

Ученик: Почему?

Вадим Опенйога: Разум начинает развиваться, тамас рассеивается, и он себя уже очень неуютно чувствует, хотя, может быть, несколько лет назад был такой очень крепкий орешек.

Так что показное хладнокровие, которое мы видим, не всегда говорит о преобладании саттвы. Оно говорит, скорее, о преобладании тамаса.

А если уже человек поднимается на уровень саттвы, он действительно спокоен. И действительно, если даже на него прет такая тварь, он с позиции саттвы, пользуясь раджасом, с ней что-то делает. Это есть абсолютное восприятие. Крайности похожи по внешним проявлениям, но между ними пропасть.

48. Мудрость, [обретенная] при этом, [называется] «несущей истину».

Комментарий Вьясы: Мудрость, возникшая у того [индивида], сознание которого сконцентрировано, называется «несущей истину» ‘. И это значение [термина] понятно само по себе: [мудрость] несет 2 только истину; в ней нет и примеси заблуждения. В этой связи сказано: «Посредством доктринальных текстов, логического вывода и ревностной практики созерцания — тремя этими способами он, [йогин], обретает мудрость и высшую йогу».Но эта [мудрость]…

Комментарий Вадима Опенйогаа: Ещё раз!

Сама по себе способность сосредоточения ведет к тому, что лучи сознания концентрируются на том или ином объекте и объект показывает себя сознанию. То есть сознание знает все об этом объекте. Как следствие приходит то, что называется мудростью.

Комментарий Вьясы: Но эта [мудрость]

49. ввиду специфики своей направленности имеет иной объект, нежели мудрость, [обретенная] на основании услышанного или на основании логического вывода.

Комментарий Вьясы: [Мудрость] на основании услышанного — [это] знание 1 доктринальных текстов, она имеет общий объект, ибо с помощью агамы, [то есть доктринального текста], нельзя передать особенное. Почему [так]? Потому что слово не является продуктом условного соглашения, [достигнутого] на основании особенного. Точно так же и логический вывод имеет в качестве объекта только общее. [Например]: везде, где есть обретение [нового места], есть и движение; нет обретения [нового места], там нет движения, — так сказано. Посредством умозаключения [мы делаем] вывод через общее. Поэтому никакое особенное (единичное) не является объектом услышанного или логически выведенного.Точно так же [никакой] «тонкий», скрытый или удаленный объект не может быть познан посредством обычного восприятия, но [в то же время] нельзя [сказать], что этот единичный [объект] не существует из-за того, что он недоступен обычным средствам познания.Следовательно, особенное, относится ли оно к «тонким» сущностям или к Пуруше, является объектом именно йогического постижения. Поэтому такая мудрость ввиду специфики своей направленности имеет иной объект, нежели мудрость, [обретенная] на основании услышанного или на основании логического вывода.У йогина, обретшего мудрость сосредоточения, санскара, [то есть формирующий фактор], созданный [этой] мудростью, воспроизводится снова и снова.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Этот афоризм — в продолжение определенных философских диспутов, которые велись во времена написания как самого трактата, так и комментария к нему. В йоговской общественности велись дискуссии, был выработан некий свой подход к тем или иным описаниям, общие точки соприкосновения. И здесь в большей степени ссылка на них.

Вкратце суть афоризма. Если мы сосредотачиваем свой разум, или сосредотачиваемся, на том или ином объекте или явлении, мы постигаем его. Это непосредственное постижение.

Но постигать тот или иной объект или явление мы могли бы еще и другим способом: прочитать о чем-то в книгах, услышать или логически вывести. И в том, и в другом случаях, то есть когда мы могли бы прочитать, услышать или вывести логически, это была бы тоже мудрость, мы бы тоже знали о том или ином явлении, но это, если угодно, косвенный образ, косвенный подход.

Пример такой. Я могу услышать о том, что Америка есть. Я могу логически вывести, что она есть. Я беру бутылку кока-колы и логически вывожу, что в другой стране кто-то этот напиток сделал. У меня появляется мудрость: я никогда не был в Америке, я никогда ее не видел, но я либо вывел логически, что она есть, либо мне кто-то об этом сказал.

Но я могу съездить туда и посмотреть сам. И такая мудрость ближе к истине.

50. Формирующий фактор, порожденный такой [мудростью], является препятствием для других формирующих факторов,

Комментарий Вьясы: Формирующий фактор, порождаемый мудростью сосредоточения, блокирует скрытые тенденции уже проявленных формирующих факторов. Вследствие преодоления возникших формирующих факторов порождаемые ими содержания сознания перестают существовать. При прекращении познавательных процессов наступает состояние сосредоточения, затем — мудрость, порожденная сосредоточением. Из нее [возникают] порожденные мудростью формирующие факторы. И так снова и снова воспроизводится скрытая тенденция формирующих факторов. Из них — мудрость, а из нее — формирующие факторы 1.- Но как [объяснить, что] такое преобладание формирующих факторов не вызывает деятельности сознания?- Эти формирующие факторы, порождаемые мудростью, не наделяют сознание [его обычной] функцией, ибо они служат причиной устранения аффектов. Они [как бы] освобождают сознание от его собственной деятельности, ибо активность сознания прекращается [с обретением] высшего различения.Что еще с ним происходит?

Комментарий Вадима Опенйогаа: Это интересный афоризм, я хочу остановиться на нем более подробно.

Итак, мы знаем, что занятия йогой сжигают карму. Мы знаем, что сосредоточение само по себе ведет к обретению благой кармы. Мы знаем, что рано или поздно количество этих мыслеформ в голове сокращается посредством сосредоточения, в дальнейшем остается всего лишь одна мыслеформа о том или ином объекте, а затем и она исчезает, когда начинается сосредоточение без семени, или когда сознание поглощено Пурушей, или наше сознание поглощено само собой.

До того момента, как мы сосредотачиваемся, до момента, когда мы достигли такого состояния, что можем практиковать сосредоточение, то есть йогу, мы успели наворотить много всяких дел, мы породили множество причин для будущих следствий. И каждое следствие всего лишь ждет своего часа, чтобы развернуться. Оно никуда не делось, оно где-то там, в регистре, стоит, ждет своей очереди. Как только наступит подходящий момент для того, чтобы развернулось это следствие, оно развернется.

Есть пустыня где-то в Африке. Раз в четыре года там идет дождь. Идет он недели две, и месяц всего лишь там влажно. Так вот за этот месяц пустыня, которая четыре года была абсолютно сухой и безжизненной, вдруг волшебным образом покрывается травой, прорастает огромное количество трав, цветов. Это чудо. Это длится месяц, потом, когда вся вода уходит, пересыхает, опять все превращается в такой же песок, но только лишь с той разницей: за это время цветы успели дать мельчайшие семена, и они упали в песок. Внешне они не отличаются от песка — такие же сухие и невзрачные. Более того, ты можешь на следующий год поехать в эту же пустыню, думая, что и в этом году будет подобное, приезжаешь, а ничего подобного нет. Приезжаешь еще через год, и опять ничего нет, приезжаешь на третий год, и опять ничего нет. И ты думаешь, что это было разовое чудо. Но, тем не менее, это не разовое чудо, это чудо ждет всего лишь дождя, который приходит с известной периодичностью.

Точно так же наша карма: когда-то она цвела буйным цветом, дала семена, потом условия резко изменились, и она вроде как исчезла. И нам кажется, что ее в принципе больше нет и быть не может — настолько все по-другому. Но стоит нам попасть в предыдущие условия, как она мгновенно, из ниоткуда вдруг прорастает.

Это свойство, которое было хорошо известно и понятно в йоге, детально анализировалось. Говорит оно о том, что все плоды наших поступков живут в этом хранилище кармы, и как только наступают благоприятные условия для разворачивания, они не замедлят развернуться. Вот почему карма такая коварная. Иногда кажется, что ее как бы и нет, а она сидит себе и ждет момента. Поэтому к тому часу, как мы приступаем к сосредоточению, мы успеваем много чего сделать. Эти семена в песке лежат и ждут только капельки влаги, чтобы прорасти.

Мы начинаем сосредотачиваться, и происходит любопытный сценарий. Допустим, эти семена кармы в нас есть, пошли благоприятные условия, потекли «дожди», и вот сейчас эти семена должны прорасти. Но если наше сознание направлено (сосредоточено) на что-то другое, оно автоматически не позволяет прорасти тем будущим семенам даже в благоприятных условиях. Ведь фактически карма не есть вещь самосущная, это всего лишь закон использования нашей же собственной энергии. Если мы лишим ее своей энергии, ничего никогда не прорастет, даже если будут сверхблагоприятные условия.

Если мы сосредоточены, то наше сознание концентрируется на каком-то объекте, и вслед за сознанием идет энергия. Это не дает карме распространиться. Карма теряет свою силу, она не в состоянии прорасти. Благоприятная ситуация длится, но она не вечна. Надо ей длиться месяц, и если ты этот месяц просидел в сосредоточенном состоянии, раз — и опять все ушло! Эта карма не дала побегов, не дала будущих семян, а не дав их, она обречена на то, чтобы не возродиться. Таким образом можно сжечь карму.

Если в этот момент ум блуждает, значит карма его захватит, возьмет из него энергию и прорастет махровым цветом. А если ты эту влагу, которая на тебя падает, эти благоприятные условия используешь на что-то другое, она бегает, прыгает, суетится вокруг тебя, машет руками и ногами, а ты сидишь невозмутимый, не вовлекаясь, и сделать она ничего не может.

Карма не беспредельна, у нее есть период времени, в течение которого длятся благоприятные условия, потом «сезон дождей» проходит, опять наступает зима или лето, когда все сухо, и эта карма уже естественным образом не может проявиться, ты не дал ей развернуться, ты победил ее.

Есть такое красивое выражение: «Семена кармы были прокалены на огне сосредоточения». «Прогретые» семена не дают плодов, они есть, условия есть, но результата нет. У Патанджали в первую очередь карма рассматривается как отпечаток на разуме, самскары. А если мы не получаем этого отпечатка, то нет и кармы.

Ученик читает:

Комментарий Вьясы: Что еще с ним происходит?

51. При устранении и этого [формирующего фактора наступает] сосредоточение, «лишенное семени», ибо вся [деятельность сознания] прекращена.

Комментарий Вьясы: Оно, [сосредоточение, «лишенное семени»], не только противоположно мудрости сосредоточения, но и служит препятствием для формирующих факторов, созданных [этой] мудростью.- Почему?- Формирующий фактор, порожденный прекращением [деятельности сознания], препятствует развертыванию формирующих факторов, порожденных сосредоточением. Реальность существования формирующего фактора, порождаемого «остановленным» сознанием, может быть выведена из опыта протекания времени, в течение которого сохраняется стабильность прекращения [деятельности сознания] 1. Сознание вместе с формирующими факторами, возникающими из актуализированного и прекращенного сосредоточения и ведущими к абсолютному обособлению, растворяется в своей постоянной первопричине. Поэтому такие формирующие факторы, противодействующие функции сознания, не служат причинами его сохранения. Вследствие этого сознание, функция которого завершена, прекращает свою деятельность вместе с формирующими факторами, ведущими к абсолютному обособлению 2. При его остановке Пуруша пребывает в своей собственной форме [и] поэтому называется чистым, абсолютно обособленным, освобожденным.Первая глава «О сосредоточении» в трактате Патанджали о йоге, [носящем название] «Изложение санкхьи», закончена.

Комментарий Вадима Опенйогаа: Тоже замечательный афоризм! Это последний афоризм из первой главы. И я на нем остановлюсь.

Сперва в качестве примера я приведу предыдущий афоризм разворачивания кармы.

Я — алкоголик, я не просыхал сорок лет подряд, я пропил все что можно и нельзя было пропить, я вообще не мог жить без выпивки. И вот случилось чудо, я стал заниматься йогой и решил, что пора завязывать с этим делом. Страшным усилием воли я заставил себя не пить, заниматься йогой. Первый месяц было особенно плохо, первые полгода это был ад кромешный. Потом стало легче, потом два, три, четыре года я вдруг понял, что я больше не хочу пить. У меня сменилась компания, я не бываю в винных магазинах, я их избегаю, не хочу туда заходить, у меня другие интересы. Я начал заниматься сосредоточением, но сорок лет непрерывного алкоголизма не прошли даром, семена кармы в моих мозгах есть. Я уже считаю, что уже не подвержен этому всему, как вдруг обстоятельства складываются таким образом, что в один прекрасный момент я оказываюсь в винном подвале. Вокруг меня водка, вино, пиво, какие-то люди пьют это все, мне предлагают. То есть я вдруг оказываюсь вовлеченным. Эти семена во мне, конечно же, просыпаются: «Ну что же с мужиками на троих не сообразить?» Но я занимаюсь йогой. Я сел, сосредоточился на каком-нибудь объекте и начал медитировать на него. Я начинаю направлять свой разум на этот объект и тем самым автоматически вытягиваю свой разум из восприятия этой всей компании со спиртным. И вот суждено мне там пробыть три часа, но я направил свой разум именно на выбранный объект и перестал воспринимать окружающее. В этом смысле я нейтрализовал и сжег карму, я подавил просыпающиеся самскары, желания. Но во время этого сосредоточения я думал о глиняной кружке или Божестве, то есть в это время мое сосредоточение было с семенем, и в результате этого сосредоточения я пожинаю благую карму, прямую и косвенную.

Косвенную — ту, что я не вовлекся в отрицательную карму, а прямую — ту, что, размышляя о том или ином объекте, я получаю мудрость этого объекта, количество моих мыслей сокращается, и внутреннее наслаждение возрастает. Тем не менее, вся эта мудрость и сосредоточение было сосредоточением с семенем. Оно ведет к своим плодам, к хорошим, но плодам.

И последний афоризм Патанджали говорит: «А что же дальше?» А дальше, когда мы начинаем сосредотачиваться уже не на внешнем объекте, а на Пуруше, или на своем собственном «Я», то это сосредоточение лишено семени, и оно выбивает основу и у хорошей кармы, не говоря уже про плохую. Если я сосредоточился на своем сознании, я, безусловно, еще более эффективно стер отрицательную карму. Но более того: я стер и положительную карму, я не даю развернуться даже мудрости от сосредоточения на объекте.

Это знаменитая поговорка в йоге — йог не стремится к хорошей карме, он хорошей кармой нейтрализует плохую, а затем отказывается от кармы вообще. Или еще такой красивый афоризм: если вы загнали занозу в ногу и вам больно, то вы берете другую занозу, выковыриваете ею первую, а затем обе выбрасываете.

Вот эту логику надо понимать: когда наше сознание поглощается нашим Пурушей, нашим «Я», в этот момент мы уничтожаем и хорошую карму тоже. У нашего сознания нет никаких атрибутов, а если есть атрибуты, то это уже не наше сознание. Оно в известном смысле нематериально, оно поистине что-то такое волшебное и Высшее. Можно было бы сказать, что его нет, но так мы сказать не можем, потому что оно есть, и каждый для себя сам это может доказать. Не я для другого, а он сам для себя, потому что со стороны внешнего человека его вроде как и вообще нет. Вот такая тонкость очень интересная.

Глядя на человека, который сидит и медитирует, никто снаружи не может доказать, что у него есть сознание, что у него есть Пуруша, потому что оно суть за пределами этого мира, оно не обладает качествами, оно вне. Его нельзя ни потрогать, ни пощупать, ни проанализировать. Это то, чем мы являемся. Человек знает, что он есть. Я могу сомневаться в чем угодно, но единственное, в чем я никогда не буду сомневаться, — в том, что я есть. Это отправная точка, на которой сидят йоги.

Так вот, когда мое сознание сосредоточено на мне самом, я останавливаю всю карму, которая у меня есть, и плохую, и хорошую, я выламываю все зубцы из этих шестеренок, поэтому для внешнего мира я вроде как умер. Да, остался предыдущий носитель моего сознания – мое тело, оно как бы находится в полуживом состоянии, но Я где-то в другом месте, точнее Я вне всего, Я поглощен сам собой. Это состояние препятствует разворачиванию как дурной кармы, то есть наши поступки, окрашенные тамасом, раджасом, так и хорошей кармы, которая проявляется в виде той или иной мудрости, того или иного знания.

Я за пределами знания. Знаний больше нет. Я вышел за пределы знаний. Знания — это то, что в этом мире, а я вышел из этого мира, я поглотился сам собой.

Мой дальнейший шаг — я могу вернуться потом из этого состояния, и с этого момента я уже не обусловлен кармой. Всё: я карму сжег!

Один раз поглотившись собой и вернувшись, каждый мой дальнейший шаг уже не обусловлен довлеющей кармой. Точнее, получается следующим образом: если я раньше был монолитный, то после такого переживания я как бы внутри себя выжег, и внутри меня пустота. Я могу делать любые поступки. Я могу идти, куда хочу, я могу жить так, как я хочу. Остается небольшая оболочка в виде тела, которая подвержена карме и немного обуславливает мое существование, вынуждая, чтобы я его кормил и т.д.

Самое интересное, что уже с этого момента нет понятия самоубийства. Ты можешь запросто перерезать себе горло. И если йога говорит, что нет более глупого поступка, чем самоубийство, то с этого момента, когда уже отработано всё, что могло дать человеческое тело, оно уже перестает какую-либо роль играть. Я могу тело растворить в радужном свете, могу переместиться на высшие планы. Тело умрет. И ведь не важно, растворил я его в радужном свете или перерезал ему горло. Оно и в этом, и в другом случае перестает существовать, и в том, и другом случае это фактически убийство тела. Но понятно, что разница принципиальная, чтобы раствориться в радужном свете уже после реализации.

Так вот внутри я как бы пустой, а тело продолжает довыполнять свою карму.

Рамакришна, говорят, половину своей жизни провел в состоянии самадхи. Очень любопытна его история, она для нас очень показательна как живой пример. Говорят, сохранился домик, где он впервые испытал это состояние бескачественного самадхи, когда сознание поглощается в этом абсолютном внемировом переживании. Он реально пережил это состояние. Он сперва очень легко достиг состояния самадхи с одним объектом, когда в голове одна мыслеформа, и это очень высокое само по себе состояние. Человек, переживающий его, тоже мертв для окружающих.

А затем его Учитель научил его состоянию нирвикальпа самадхи, самадхи без качеств, когда сознание выходит из этого мира. И Рамакришна, когда Учитель посвятил его в это, три дня пробыл в состоянии самадхи без объекта, не ел, не спал, пульс еле прощупывался. Его учитель даже сильно удивился, что вот так, с первого раза получилось.

Потом Рамакришна решил провести по меньшей мере полгода в этом состоянии. И действительно: вошел в это состояние и находился в нем долгие месяцы. Если бы его люди не кормили, поддерживая оболочку, чтобы потом сознание могло опять вернуться в тело, то его тело распалось бы.

Тело не может долго существовать без сознания, точно так же, как дом не может долго быть без хозяина. Мы можем уехать в отпуск, мы можем уехать на год, два, три, но потом дом начнет просто разваливаться потихоньку. Точно так же человеческое тело: если человек долго в нем не находится, то оно распадается. По свидетельствам, Рамакришна говорил, что этот период равен двадцати одному дню. Если человек находится в этом состоянии больше трех недель, то идет необратимый распад тела. Но самое интересное, что он провел в этом состоянии больше трех недель, а потом вернулся, и после этого он стал признанным учителем.

Ученик: А почему он вернулся?

Вадим Опенйога: Единственное, почему он вернулся, — это только лишь для того, чтобы помогать другим и наставлять других.

Вернувшись, он по несколько раз в день впадал в самадхи, потом возвращался, учил учеников, общался. То есть половину жизни потом впадал в это состояние. По своей воле он не мог делать хатха-йогические упражнения. Потому что как только он принимал ту или иную позу, мгновенно витальная энергия поднималась, и он спонтанно впадал в самадхи. Он не мог, допустим, размышлять: когда он начинал объяснять какие-то аспекты философии и доходил до некоего момента, его разум моментально сам поглощался этим состоянием, и он впадал в самадхи. Это была совершенно фантастическая личность, и я считаю, что из известных нам святых, о которых сохранились свидетельства людей, это была одна из самых фантастических личностей. Причем, он жил не так уж и давно.

После того, как ты возвращаешься из этого состояния, ты можешь жить в этом мире и в любой момент по своему желанию выходить в самадхи. Более того, я читал в книге про Рамакришну, что его Учитель, который посвятил его в состояние самадхи, сам мог в него входить и несколько раз входил, но он это делал большими усилиями воли. Ему примерно 40 лет понадобилось оттачивать свой организм, свое тело, чтобы в любой момент он мог в это состояние по своему желанию входить. Потом он возвращался и жил, как обычный человек.

Ученик: Каким образом?

Вадим Опенйога: Пока действует хоть немного майи, иллюзии, затемняющей в виде тамаса и раджаса, то человек выходит из состояния самадхи, его сознание перестает поглощаться Атмой, а направлено вовне, и он живет обычной жизнью. Но стоит ему усилием воли направлять сознание вовнутрь, он снова входит в состояние самадхи. Это поистине такие живые примеры.

Всё! На этом заканчивается первая глава трактата Патанджали.

КОММЕНТАРИИ

Глава I

О СОСРЕДОТОЧЕНИИ (SAMADHIPADA)

30.1. В санскритском тексте dhatu. здесь — в значении гуморов, или гумораль­ных составляющих. В индийской медицинской традиции это vayu (воздух, или ветер), pitta (желчь) и kapha (флегма или слизь), равновесие которых поддерживает жизнедеятельность организма. Любое нарушение их равновесия (vaisamya) приводит к заболеванию. Подробно об индийских классических медицинских концепциях см. [Dasgupta, 1961-1963, vol. П, с. 325-333].

30.2. Как отмечает в своем комментарии Вачаспати Мишра, тяжесть тела (kayasya giirutva) обусловлена преобладанием флегмы (kapha) и прочих элементов, а тяжесть сознания, т. е. его бездеятельность (apravrtti),—тамасом. См, [TV I, 30, с. 35].

30.3. Ошибочное видение (bhrantidarsana) есть знание (jnana), содержащее ложный компонент (viparyaya).30.4. В санскритском тексте atabdhabhumikatva.

31.1. В санскритском тексте соответственно adhibhautika и ddhidaivika. Подробнее см. [Dasgupta, 1961—1963, vol. 1, с. 269, примеч. I]. В словаре Апте дается иное толкование.

31.2. В санскритском тексте angamejayatva.

32.1. Здесь Вьяса имеет в виду буддийскую концепцию сознания как непрерыв­ный поток сменяющих друг друга дискретных содержаний сознания (или, как говорит Вьяса, pratyayamatram). Ср. классическое определение сознания (точнее, группы сознания), которое приводит Васубандху в своей «Энциклопедии — Абхидхармы»: vijiianam prativijnapti (I. 16), т. е. «сознание есть сознавание каждого [объекта]». «Сознавание каждого объекта, «схватывание» [его чистой наличности] называется группой сознания (vijnanaskandha). Эта группа представляет собой шесть видов сознания — зрительное и т. д., до ментального сознания (manovijnana) включи­тельно» [АКВ I. 16, с. II]. Таким образом, в системе абхидхармистской философии сознание (vijnana) осмысляется как результат процесса получения информации (vijnapti) о каждом объекте (visayam visayam prati). Здесь словом «сознавание» передается технический термин vijnapti, который означает «делание известным», т. е. результат становления известным. Vijnapti, в свою очередь, определяется как «получение» представления о наличной целостности объекта. Словом «получение» передается технический термин upalabdhi, обозначающий понятие «схватывания только-объекта» (vastu-matra-grahanam; ср. pratyayamatram в комментарии Вьясы). Логико-семантическая переменная «matra» указывает именно на то обстоятельство, что предмет сознавания — целостный объект, а не его парциальные свой­ства. Под объектом в данном и аналогичных контекстах понимается именно внеш­ний объект, который всегда обозначается техническим термином vastu, но не visaya (отражение внешнего объекта в данных сенсорных восприятий).И, наконец, абхидхармисты определяют группу сознания как результат сознава­ния каждого объекта в аспекте его целостности. Отсюда подразделение группы на шесть видов сознания: зрительное, слуховое, вкусовое, обонятельное, осязательное и ментальное (manovijnana). Иными словами, в системе абхидхармистской психологии сознания группа сознания есть целокупность шести видов сознания.

32.2. Здесь Вьяса приводит стандартный набор аргументов, выдвигаемых представителями разных школ индийского философского реализма против буддийской концепции мгновенности (ksanikavada). Подробно об этом см. [Shastri, 1964].Любопытно, что Вачаспати Мишра, разъясняя некоторые положения, которые Вьяса выдвигает в своем комментарии, отождествляет реального (или воображаемого) оппонента как vamasika (букв. «тот, кто придерживается учения об уничтожении»). См. [TV I. 32, с. 36].

32.3. Вачаспати Мишра отмечает в этой связи: «Поскольку сознание едино, направлено на различные объекты и стабильно, [а не мгновенно, как утверждают буддисты], [Вьяса продолжает]: «[Далее]. Если…». Ибо подобно тому как Чайтра не может быть тем, кто помнит содержание трактата (sastra), прочитанного Майтрой, как он не может наслаждаться плодом (phala) действий, добродетельных или греховных, накопленных Майтрой, поскольку он не имеет отношения к этому (плоду, или следствию], точно так же и то, что увидено в одном содержании сознания (pratyaya — когниция), не может припомнить другое содержание сознания. Аналогичным образом плод потенциализированных следов деятельности (karmaSaya), накопленных (upacita) одним содержанием сознания, не может быть объектом опыта для другого содержания сознания» [TV I. 32, с. 37].

32.4. В санскритском тексте здесь gomayapayasiyam nydyam, что переводится Дж. Вудсом как «the maxim of Cowdung as a milky preparation». См.: [Woods, 1914, с. 66]. Там же — ссылка на источник, проясняющий смысл этой пословицы [с. 66, примеч. 4].

33.1. В тексте сутры maitnkarundmuditopeksdndm.Как в брахманистских религиозно-философских системах, так и в разных школах буддизма эти четыре термина описывают соответствующую психотехническую процедуру, относящуюся в строгом смысле слова к практике концентрации (samadhi). Наиболее подробно ступени психотехнической процедуры, обозначаемые терминами «дружелюбием (maitri), «сострадание» (karuna), «[симпатическая] радость» (mudita) и «беспристрастность» (upeksa), проанализированы в буддийской психологии, где они отнесены к категории «беспредельного» (аргатапа). Эти ступени представляют собой методы культивирования или, точнее, окультуривания эмоций, главная цель которого — ослабить, а затем и полностью устранить разграничивающие линии между адептом и другими людьми, вне зависимости от того, насколько эти люди близки и дороги ему, безразличны или враждебны. Подробно об этом см. [Guenther, 1957, с. 161-166].В абхидхармистской традиции четыре ступени, или стадии, образующие категорию «беспредельного», называются также brahmavihara — букв. «[типы] божественного поведения».

33.2. В санскритском тексте prasannam, что, согласно Вачаспати Мишре, следует трактовать как klesavarjitam, т. е. освобожденное от аффективности.

34.1. В тексте сутры pracchardanavidhdranabhydm vd prdnasya. Об объяснении двух первых терминов подробнее см. [TV I. 35, с. 40].

35.1. В санскритском тексте здесь yathdbhutdrthapratipddanasdmarthyat букв. «благодаря способности объяснить подлинную природу реальности».В связи с особенностями терминологичности языка Вьясы стоит отметить, что еще Дж. Вудс обратил внимание на употребление в данном контексте слова yathabhutam («специфически и исключительно Готамического» — К. Рис-Дэвидс):«Тот факт, что оно встречается здесь, служит еще одним доказательством тесного взаимоотношения философской системы йога и буддизма». См. [Woods, 1914, с. 73, примеч. I].

35.2. В санскритском тексте pratyaksikartavya.

36.1. В сутре visokd vd jyotismafi.

36.2. В санскритском тексте dkasakalpam. В данном контексте употребление этого слова, по-видимому, нетерминологично, и akasa понимается просто как безграничное пространство. (Подробно об акаше в системе санкхья-йога см. [Dasgupta, 1930, с, 217—218].) Однако в некоторых случаях толкование слова «акаша» в терми­нологическом смысле (в частности, у позднего комментатора «Вьяса-бхашьи» Виджняна Бхикшу) достаточно близко к будийскому. Так, согласно «Энциклопедии Абхидхармы», якаша как одна из трех причинно-необусловленных дхарм есть особый вид пространства, понимаемого как априорная предпосылка опыта. Ввиду этого нужно подчеркнуть, что представление об акаше как особом виде пространства, отличного от пространства геометрического (dis), восходит к самым ранним истокам индийской философии и связано с осмыслением психофизики звука. Первоначально под акашей понималось только пространство как среда, в которой распространяется звук. Но поскольку представление о звуке неразрывным образом связано с актом его восприятия, постольку в дальнейшем «акаша» стало интерпретироваться в буддизме как пространство психического опыта. Именно поэтому в классической абхидхармистской философии это понятие определяется как пространство, в котором отсутствует материальное препятствие,В санкхья-йоге «акаша» (karanakasa) рассматривается как абсолютно вездесущая среда, лишенная каких бы то ни было потенциальных различий и выступающая носителем раджаса, или энергетической составляющей. Отсюда ее определение как vibhu (всепронизывающая).

36.3, Об источнике цитирования см. [Woods, 1914, с. 75, примеч. I].

37.1. Согласно комментарию Вачаспати Мишры, лишенные желания (vita-ragah) — это Кришна Двайпаяна и другие. Их сознание и становится для йогина объектом [сосредоточения, а само сознание йогина как бы] окрашивается (upаraktam — «окрашено») им» [TV I. 37, с. 42].

38.1. В сутре svapnanidrajnanalambanam vd. 0 различии между сном со сновидениями (svapna) и сном без сновидений (nidra) см. [TV I. 38, с. 42-43].

40.1. В санскритском тексте здесь nivisamdnasya — букв. «у проникающего».

42.1. В сутре tatra. Вачаспати Мишра разъясняет, что «из них» означает: из четырех видов сосредоточения, т. е. дискурсивного (savitarka), недискурсивного (nirvitarka), рефлексивного (savicara) и нерефлексивного (nirvicara).

42.2. В сутре соответственно sabddrthajndna. В своем комментарии к сутре Вьяса не дает определения этих трех терминов, ограничиваясь указанием на то, что вне процесса реального познания (grahanam) слово (sabda), объект слова, т.е. его референт (artha), и значение (jiiana, т. е. содержание знания) различны (vibhakta), и далее отмечает, что они существуют на разных уровнях.Надо заметить, что ни Вьяса, ни его комментатор Вачаспати Мишра не проводят различия между «словом» (sabda) и его звуковой оболочкой (pada) или звуком (dhvani). Такое различие является фундаментальным для древнеиндийкой философии языка, и их отождествление, при котором комплекс звуков принимался за слово, всегда рассматривалось как категориальная ошибка. Передача значения является функцией слова, звук же только обнаруживает его.

42.3. В комментарии Вьясы nirvitarka samdpatti — состояние сосредоточения на форме «чистого объекта», свободное от какой-либо примеси слов и значений.

43.1. В санскритском тексте anupracayavisesa.

45.1. В сутре alingaparyavasdnam. Согласно санкхья-йоге, alinga, т. е. «не имеющее признака», это первоматерия (prakrti) как исходное неспецифицированное состояние, в котором еще не существует чего-либо качественно-определенного. Подробно см. [Dasgupta, 1961-1963, vol. I, с. 245-248, 254-255].

45.2. В системе санкхья tanmatra (букв. «лишь то») — непосредственно предшествующая причина «грубых», т. е. имеющих атомистическое строение, элементов.

45.3. Как поясняет Вачаспати Мишра, «только-признак» (lirigamatra) — это первый продукт трансформации первоматерии, mahat (великий), поскольку он растворяется в pradhana (layam gacchati), которая не растворяется ни в чем, т. е. лишена свойства инволюции. См. [TV I. 45, с. 51].

46.1. В сутре sabijah samadhi, т. е. «семя» сосредоточения, — реальный объект (vastu), существующий вне сознания.

47.1. Об отождествлении источников см. [Woods, 1914, с. 93, примеч. I].

48.1. В сутре здесь rtambhard prajUd. См. также [Dasgupta, 1930, с. 344]. Вьяса вводит этот термин в текст комментария без определения, ограничиваясь замечанием, что его значение понятно само по себе (anvartha).

48.2. В калькуттском издании текста — vibhaktir; в издании Бодаса — bibharti.

49.1. В санскритском тексте vijnana.50.1. С. Радхакришнан пишет, что, согласно психологам системы йога, концен­трация является общей характеристикой всех состояний сознания, хотя в своей наиболее интенсивной форме она обнаруживается в состоянии samadhi (сосредоточения). Любая ментальная модификация (vrtti) оставляет после себя samskara, или латентную тенденцию, которая при подходящих условиях может проявиться как состояние сознания. Таким образом, сходные vrtti усиливают сходные диспозиции. Йогин должен не только остановить процесс развертывания модификаций, но уничтожить также и диспозиции, иначе они могут ‘возникнуть вновь. См. [Radhakrishnan, 1931, vol. II, с. 348].

51.1. В санскритском тексте здесь nirodhasthitikalakramanubhavena.

51.2. С. Дасгупта суммирует заключительную часть комментария: «…при вхождении сознания в nirodha, или в некогнитивное состояние (asamprajnata) абсолютной бессодержательной остановки, отмечаются «колебания» сознания между asamprajnata nirodha и состоянием sainprajnata типа индивидуации (asmita), пока наконец потенция nirodha не разрушает потенции samprajnata (sarnskara) и сознание не начинает озаряться своим собственным светом. …Тогда истинная природа самости (self) окончательно возвращается в prakrti. Здесь возвратный процесс, однажды начавшийся в состоянии samadhi и пришедший в своем развитии к buddhi, приходит к своему конечному равновесию как prakrti благодаря постепенному развертыванию энергии дезинтеграции, и таким образом возвратная тенденция prakrti окончательно реализована». См. [Dasgupta, 1930, с. 345-346].

ПАМЯТНИКИ ПИСЬМЕННОСТИ ВОСТОКА

CIX

Серия основана в 1965 году

«НАУКА» ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИЯ ВОСТОЧНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ЦЕНТР ИССЛЕДОВАНИЙ ТРАДИЦИОННЫХ ИДЕОЛОГИЙ ВОСТОКА.

Над текстом работали:

Глоссарий-Словарь-Энциклопедия непонятных терминов йоги здесь:

Друзья, о проблемах на сайте, найденных вами ошибках и несоответствиях — пишите в техподдержку: support@openyogaland.com